Очень неудачная шлея у нашего - скопированного с итальянского, шлема СШ-40. С зимним подшлемником его носить очень неудобно: на себе испытал – жаль, что слишком поздно. Надо будет сделать зарубочку на память и кое-кому вставить про@издон, иначе к следующей зиме никаких движняков не будет. Ибо наш чиновник (а генерал такой же чиновник, только не умудрённый повседневно-ежечасным выполнением своих прямых должностных обязанностей и до недавней поры рассекавший в синих штанах) как австралийская птица Киви:
Пока хорошенько с разбега не пнёшь – не полетит.
Но это ещё не повод нарушать Устав!
А то дай волю и «неудобные» противогазы, лопатки - а то и винтовки перестанут носить.
- …Устав - это свод воинских законов, неукоснительно исполнять которые необходимо каждому военнослужащему. Малейшее послаблении в деле соблюдения Устава, ведёт к падению дисциплины, разложению армии как единого организма и в результате – к военному поражению. И я нахожу очень странным, товарищи генералы, что мне приходится вам это объяснять!
Совещание проходило в трейлере «Aerocar 1938» фирмы REO, ранее принадлежавшего какому-то американскому миллионеру-экстремалу. Кроме тягача мощностью почти как наш самый тяжёлый артиллерийский «Ворошиловец», он обладал собственным двигателем для обеспечения внутреннего помещения теплом и электроэнергией и, для передвижения на небольшие расстояния своим ходом. Сей «дом на колёсах» имеет кухню, туалет, душ, спальню и зал со столом и двенадцатью креслами.
Всё это фантастическое великолепие снимается на чертежи (прямо перед совещанием товарищей конструкторов выпроводил) и, в упрощённом виде будет воспроизводиться советской промышленностью. Передвижной командный пункт от дивизии и выше, полевая мобильная операционная и так далее.
Вот ныне – четвёртого апреля 1941-го года, в зале этого без всякого преувеличения – дворца на колёсах, мы с товарищами генералами и совещаемся. Кроме командующих армиями Группы армий «Выборг», с которыми у меня был отдельный разговор, здесь собрались командиры дивизий и начальники дивизионных штабов. И «нахождение личного состава на передовой без касок» - это даже не вопрос…
Так – «прелюдия»!
Все трое суток после начала Советско-финляндской продолженной войны, как будто кто-то очень могущественный – но совершенно невидимый, изощрённо издеваясь, доказывал мне мудрость народных поговорок:
«Гладко было на бумаге, да забыли про овраги», «человек предполагает, а Бог располагает», «хотели как лучше, а получилось как всегда через жоппу» и так далее.
Вот положим моя идея про «аэродромы подскока» на льду бесчисленных озёр и рек северной части Карельского перешейка…
Где здесь, казалось бы «яма с дерьмом»?
Однако, нашлась же сцуко!
Первого апреля ровно в 16.00, штурмовики И-152 и истребители И-16 - худо-бедно взлетели со стационарных авиабаз, сравнительно успешно нанесли «неожиданный и вероломный» удар по целям и, уже в сумерках приземлились на ледовых аэродромах, чтоб с утра начать «работать» уже в полную силу.
И что вы думали?
К вечеру снег подтаял и самолёты на лыжах садились уже в лужи на льду. А за ночь подморозило и утром самолёты оказались прикованными к земле. Пока их отдолбили, уже чуть ли не обед – весь день насмарку.
В другой раз стали на ночь устанавливать машины на деревянные чурочки, брёвнышки или просто слой хвороста, веток, камыша…
А что?
Сразу нельзя было догадаться?
Или, снова как всегда в таких случаях - историки напишут, что виноват товарищ Сталин? Не подсказал вовремя?
Что за страна, что за люди, Боже…
Одним словом – Россия!
«Финники» меж тем клювом не щёлкали и, наносили - хотя и немногочисленные и мелкие, но достаточно болезненные удары. За сутки моего пребывания в Полевой ставке Верховного Главнокомандующего в Выборге, к примеру, они пять раз бомбили - как сам Замок, так и новый аэродром. Правда, повторить свой ошеломляющий первый успех им ни разу не удалось. Так – блошиные укусы…
Но обидно и досадно!
Более ощутимыми оказались удары одиночных «Бленхеймов» по колоннам сухопутных войск, наносимые и днём и ночью. Командиры частей и соединений слали в Ставку весьма нелицеприятные высказывания в адрес «сталинских соколов», я читал их и с невесёлым злорадством думал:
«Это вы ещё над собой «лаптёжников» не видели! Ещё не так взвоете».
Финские истребители - «Мораны», «Фиаты», «Хокки» и особенно «Брюстеры» - появляясь казалось бы ниоткуда, действуя максимум парой - сбивали наши одиночные или подбитые зенитками над целью самолёты и, исчезали казалось бы в никуда.
Ситуация начала выправляться, когда к двум находившимся на участке ответственности группы армий «Выборг» радарам РУС-2с прибавился «самолёт дальнего радиолокационного обнаружения и наведения», или если кратко – ДРОН. Имеющийся на тот момент в одном единственном экземпляре летающий радар на бомбардировщике ТБ-3 - хотя и был примитивно-несовершенен как игрушка из школьного авиамодельного кружка… Но с его помощью, в ту же ночь ночные «Защитники155» Ленинградского округа ПВО сбили двух «Бленхеймов».
