Шок и тремор. полностью

Наконец, жизнь товарища спасена и он поднял голову:

«Что с танком?».

***

Выпрямившись во весь рост капитан финской армии Вуорела – командир несуществующей противотанковой роты, встал возле орудия и скрестил руки на груди: вообще-то надо застрелиться, но… Но все пистолетные патроны, он расстрелял ещё вчера вечером во время вечернего боя на этом проклятом острове, ставшем могилой для его людей.

Впрочем, он не был особенно расстроен:

«Но ничего… У «Иванов» патронов хватает! Как и солдат, пушек, самолётов… И таких вот танков!».

Проехав по инерции ещё несколько метров, КВ остановился – совсем немного не доехав до перевёрнутой повозки - за которой притаился разряженный «Бофорс», сделавший тот самый один-единственный выстрел – оказавшийся роковым. Затем после какого-то скрежета в моторно-трансмиссионном отделении рывком остановился и, вспыхнул ярким пламенем. Перед этим из его башни выбралось двое русских и упали на землю.

- Смотри робя – офицер!

Вокруг появилось несколько русских пехотинцев в касках и кирасах, взявших его на мушку автоматов и карабинов:

- Эй, белофинн! Руки вверх!

- Да он не понимает по-нашему. Стоит, лыбится… По-моему он контуженный.

- А как по-фински «руки вверх»?

- А бес его знает. Давайте его пристрелим, да и дело с концом.

- Безоружного? Нет, я не буду! Хочешь – стреляй сам.

- И застрелю…!

Из-за их спин появился офицер – знакомый ему командир танка без шлема, на груди которого всё ещё болтался морской бинокль:

- Отставить!

Подойдя вплотную, склонил голову набок:

- Что, финн? Подохнуть хочешь, чтоб конца своей Финляндии не видеть…?

Сложив из пальцев известную «комбинацию», сунул его под нос:

- …А вот накося-выкуси! Увидишь ещё и советские танки в Хельсинки и своего Маннергейма - подвешенного за шею.

Затем:

- Вяжите его ребята. Да покрепче!

На пригорочек меж тем въехал, а затем спустился с него командирский КВ-2, за ним два КВ-1 и остальные машины 1001-й танковой роты. Рассматривая со своей «колокольни» через бинокль город, старший лейтенант Колобанов выслушал короткий доклад Аркадия Тверского и, сочувственно кивнув – бывает мол, приказал:

- Пленного офицера в штабной БТР. Бери КВ из учебного взвода и вперёд…Через полчаса ты должен быть в Таммисари!

Глава 20. Кризис.

Из Магнитов С. ««Контрреволюционер» Сталин. По ту сторону марксизма-ленинизма»:

«Когда он её напечатал (пьесу А.Е. Корнейчука «Фронт». Авт.), цвет нашей армии, Василевский, Тимошенко, Конев – великие наши полководцы, напрямую высказали Сталину, что это политическая ошибка делать такие вещи:

«Вы чему учите наших полковников? Вы хотите сказать, что каждый полковник, который должен быть моим подчиненным, сейчас вправе заявить о том, что “я тебе, старый дурак, подчиняться не буду, ты назначен сюда генералом просто потому, что ты в Гражданскую рядом с вождем стоял, а вообще ты дурак дураком, а я, полковник, лучше понимаю, как надо воевать”. Вы дисциплину в армии разлагаете, товарищ Сталин, такими публикациями».

Они это ему высказали. Сталин, соответственно, как-то им возразил, но с тех пор он больше никогда ничего подобного не печатал».

- А почему это, товарищи генералы, у вас личный состав на передовой без касок околачивается? Почему вы сами в папахах, как будто не на фронте воюете, а в Большом театре - ляжками балерин любуетесь…?

Кстати, все наши центровые балерины – уже в Японии, где йены пролетарскому государству зарабатывают. Затем они поплывут в Латинскую Америку – за песо, реалами и прочими «боливарами».

- …В Уставе что написано? «Нахождение в зоне боевых действий без защитного шлема запрещается, считаться попыткой членовредительства и должно строго пресекаться всеми начальствующими лицами. А Устав, это что…?

Кстати отчасти их – нарушителей, понимаю.