В свою Ставку в Миккели Лидер нации прибыл не один, а практически со всей своей «свитой» едва поместившей в его специальном поезде: Министром обороны Финляндии генералом Вальденом, Главнокомандующего силами территориальной обороны (Шюцкор) Лаури Мальмбергом, руководительницей «Лоттасвярд» Фанни Луукконен…
И прочими.
При каждом из них имелась своя «свитка», то есть руководители второго уровня. Так что при наличии подземного узла связи «Локки», управление страной и её подразделениями не будет потеряно. Ну а его Заместитель Юхан Ниукканен и Начальник генерального штаба генерал Хейнрикс уже давно здесь, как врочем и сам Генеральный штаб Финляндии.
Так что как и планировалось Генштабом ещё задолго до советско-финских войн, Миккели де-факто стал новой столицей Финляндия и «Продолженая война» продолжается.
Вчера поздно вечером, он так и сказал на ежедневной пресс-конференции перед иностранными журналистами. Правда среди последних, сплошь и рядом «акулы пера» из III Рейха и союзных ему европейских стран, да пара репортёров из Швеции. Остальные остались в Хельсинки…
У него снова испортилось настроение:
«Впрочем, они ничего не потеряли – там тоже происходят достаточно интересные события для западного читателя».
Странно, но кроме железнодорожных узлов на севере и железнодорожных перегонов между ними и Миккели, сам город русские не бомбили. Хотя за исключением трёх самых ненастных дней с третьего по шестое апреля, активность их авиации была очень велика.
Особенно по сравнению с активностью финской, которая практически вообще исчезла с неба.
Русские истребители блокировали единственный аэродром в Миккели, штурмовики круглые сутки терроризировали зенитные батареи. В небе постоянно шмыгали на разных высотах скоростные двухмоторные разведчики, а в заоблачной высоте - как по расписанию, как минимум два раза в день оставлял инверсионный след четырёхмоторный гигант.
Советы тоже несли потери от прикрывающей Ставку зенитной артиллерии.
Интересный был случай со сбитым русским лётчиком, за которого его товарищи неподалёку от Ставки устроили целое сражение - не подпуская к месту его приземления полицейских и курсантов егерской школы…
Стоя на крыше средней школы, где разместилась Ставка, Маннергейм имел «удовольствие» лично наблюдать в бинокль.
…Уже через минут пятнадцать или менее того, прилетел маленький самолётик и приземлившись на ровную площадку, забрал пилота.
Правда в следующий раз «сражение» закончилось гибелью и лётчика сбитого штурмовика – отстреливающегося до конца и, лётчика спасательного самолёта – сбитого на подлёте зениткой.
Ещё двое русских пилотов сгорели в машинах, а одного раненого и обгоревшего, всё же удалось взять в плен. На допросе в госпитале в присутствие самого маршала Маннергейма, он прочёл обалдевшим финским офицерам целую лекцию о «правах военнопленного» и заявил, что с пленными финскими лётчиками будут поступать также, как финны поступают с советскими:
- Сталин так и сказал: «За каждого из вас я по десять финнов живьём в асфальт закатаю!».
Учитывая, что совсем недавно, за якобы совершённые в далёком 1920-м году «военные преступления», в СССР было официально расстреляно несколько сот польских офицеров, в это приходится верить.
Единственно, что от него удалось узнать, его авиаполк незадолго до войны прибыл из «солнечной Туркмении» - где он почти два месяца из кабины самолёта не вылезал.
Светясь от тайной гордости, лётчик хвастал:
- Из нас пятерых, только меня допустили к переводу в строевую часть. Три машины разбил в хлам – И-5, И-15 и И-16 «Тип 5»… Но летать научился не хуже Валерия Чкалова!
Как бы там не было, но русские Ставку и сам город не тревожили и, Лидер Финляндии даже перестал спускаться в бункер при каждом объявлении воздушной тревоги - продолжая работать в своём кабинете, там же собирая непродолжительные совещания по каким-нибудь вопросам, или посещая кабинеты офицеров отвечающих за какие-то направления.
Он даже бравировал этим перед иностранными журналистами, как стоящий на каком-нибудь редуте и «не кланяющийся пулям» генерал давно прошедшей эпохи.
То роковое для страны утро – понедельник 13-го апреля, не предвещало ничего необычного… Если конечно не считать необычайно ясной и солнечной погоды и того, что высотный разведчик посетил их аж два раза. Обычно он пролетает один раз утром и один раз вечером…
Но вот потом!
Казалось, русские сосредоточили против них всю свою фронтовую авиацию.
Налёты истребителей и штурмовиков на аэродром и зенитные батареи следовали один за другим, как на гигантском конвейере. И вскоре от ПВО города остались лишь отдельные орудия с неполными расчётами и пулемёты на крышах..
Адъютанты и офицеры Ставки несколько раз просили его спуститься в бункер, он каждый раз отказывался:
- Пускай Сталин пришлёт по мою душу бомбардировщики.
Как говорится накаркал!
Прибежавший и ворвавшийся в его кабинет в разгар совещания адъютант, своими глазами напоминал дальневосточную камбалу, которую он видел (Боже, как давно это было!) во Владивостоке во время Русско-японской войны:
