Ей Марксу – расстрелял бы, но…
Но ни за что не расстреляю.
В свою очередь я:
- Можно подумать, Михаил Дмитриевич, что Вы не обосрались с вашим «Шоком и тремором».
Тот только тяжко вздохнул, развёл руками и погрустнел…
Однако грустить некогда:
- Что делать то будем, товарищ фельдмаршал? Часики истории тикают и 22-е июня не за горами.
«Финский вопрос» встал ребром:
Продолженная война недопустимо затягивается, пожирая огромные ресурсы страны, которые жизненно необходимы для отражения гитлеровской агрессии. К примеру, запасы снарядов и авиабомб крупного калибра, уже показали «дно».
Мой Заместитель это прекрасно понимал:
- Остаётся одно: вашими словами товарищ Верховный Главнокомандующий – «Вариант «Б».
То есть как и после Зимней войны, мы через ТАСС громко заявляем, что все цели Продолженной войны достигнуты…
«Цели» то чётко обозначены не были, поэтому с этой стороны «предъяв» быть не должно.
…Удерживая сравнительно небольшими гарнизонами крупнейшие города, морские порты и важнейшие узлы коммуникаций, не даём восстановить государственность, промышленность и вооружённые силы страны. Самое главное – продолжаем разрушать логистику, организуя массовый голод.
Основную часть принимавших участие в операции войск выводим и после пополнения и отдыха – в преддверии «Барбароссы» направляем в Прибалтику.
С финскими партизанами боремся по-партизанки и в основном - руками самих финнов же. Если нет, то массовая депортация населения силами войск НКВД. Три с половиной миллионов населения, половина из которых проживают в городах – всего то, ничего…
В Казахстан - Целину осваивать!
Ну а пока… Ну а напоследок я намерен громко «хлопнуть дверью»:
- Михаил Дмитриевич! Готовьте приказ всей группировке авиации: завтра утром повторить налёт на Миккели. И в этот раз – никакой «выборочности»! Ковровая бомбардировка с высоты полтора километра с массовым применением зажигательных средств. Две волны - вторая через два часа…
Я не договорил:
«…Чтобы уничтожить спасателей и уцелевших, выбравшихся из убежищ».
Carthago delenda est174!
Глава 25. Понедельник, тринадцатое.
Либерал Павел Милюков (1940 г):
13 апреля 1941-го года, понедельник.
ИНТЕРМЕДИЯ:
«- ЧЁРТОВ АЗИАТ!!!
Как только началась новая война с русскими, Карл Маннергейм понял, что его провели как дурачка на ярмарке. Что все эти «заманчивые» сталинские предложения вроде компенсаций вынужденным переселенцам из Карелии, вся эта миролюбивая риторика советской пропаганды, изначально предназначались для того, чтобы подтолкнуть его к военному перевороту.
Будучи наедине сам с собой, в отчаянии он хватался за голову:
- ЗАЧЕМ?!
Но что сделано – то сделано и, теперь в глазах мировой общественности - он ничем не лучше Хорти в Венгрии или Антонеску в Румынии…
Такой же гитлеровской прихвостень, как и они.
А этот мудак (а как про него ещё скажешь?) вместо того, чтобы попользовавшись тем, что лучшие силы русских заняты в Финляндии напасть на Советский Союз – ввязался в войну в Африке и вдобавок завяз на Балканах… Он никак не мог понять, зачем Фюрер всей германской нации полез в этот «гадючник»:
- Ну не идиот ли?! Боже правый, с кем я на старость лет связался…
А эти «последние сталинские ультиматумы» - которые он (и не только он) посчитал за слабость, над которыми открыто надсмехалась вся Финляндия (и не только она), чтоб усыпить его бдительность перед вторжением.
Он не переставал удивляться:
- Как я мог быть настолько слепым?
С первого же дня войны, которая началась так необычно – вечером, по первым же паническим сообщениям с мест боевых действий он понял, что в этот раз за них взялись всерьёз и по-настоящему.
Это была совсем другая Красная Армия!
Она имела совсем другое оружие (одни неуязвимые для противотанковой артиллерии танки чего стоят!) и, воевала она совсем по-другому. А это значит, что его Финляндии пришёл конец. Да чего уж там…
Делу всей его жизни пришёл конец.
Неделю он проторчал в Хельсинки пытаясь сколотить хоть какую-то «международную коалицию» против агрессора, но кроме выражения «озабоченности» - ничего не смог добиться от стран Запада. Германия выразила решительный протест, вслед за ней Италия, Словакия, Венгрия, Румыния и Болгария. Но Сталину видать было начихать на протесты, он твёрдо решил завершить начатое.
Как всегда наибольшую помощь оказала Швеция прислав немного оружия, боеприпасов, снаряжения и около трёх тысяч добровольцев. Но всё это оказалось задействовано близ финско-шведской границы, где русские высадили воздушный десант - почти на сутки взяв под контроль приграничный город-порт Кеми, «обороняемый» одними таможенниками.
Мало того, его отсутствие в Ставке усугубило ситуацию.
