Шершавые плоды, произрастающие на деревьях, благодаря человеческим рукам превращаются в любимый всеми шоколад. Если бы люди не обнаружили их, не стали бы прикладывать усилия, чтобы их обработать, плоды оказались бы просто бесполезными. Они не стали бы сладостью, которая помогала пожилому человеку справиться с горечью испытаний, выпавших на молодые годы.
– Так мы и прожили жизнь. Работали изо всех сил. Даже перебрались в город. Моя Мигён много трудилась, ухаживая за мной, детьми. Для того чтобы из безвкусных плодов получился ароматный, сладкий шоколад, требуется много сил. Так и в любви. Такой неудачник, как я, встретил супругу, повзрослел, стал человеком. И вот уже старик.
Они познакомились, когда ему было двадцать один, а Мигён девятнадцать. Им пришлось столкнуться со многими трудностями. Они прикладывали усилия, обрабатывали свою жизнь, словно оболочку какао-боба, чтобы в итоге получить свой кусочек счастья.
– Когда мне было пятьдесят, я заболел раком. Но и тогда я не жаловался, наоборот, думал, как хорошо, что эту боль испытываю я, а не моя Мигён. Был благодарен за это.
– А как вы себя сейчас чувствуете? Вам стало лучше?
– Как видишь. В доме престарелых я самый крепкий.
Будто в подтверждение своих слов, пожилой мужчина приосанился. Я была рада, что с ним все хорошо.
– Надеялся, ей будет хорошо там, где за ней будут ухаживать. Все время думаю о том, что она просто хотела забыть о тяжелом прошлом, вот и меня позабыла… Больше всего жалею о том, что не облегчил ей жизнь. Она заботилась о детях, о моих родителях, а потом еще и о больном мне. И когда я надеялся, что она наконец-то сможет пожить для себя, моя Мигён заболела сама, и от этого так больно. В этом есть и моя вина.
– Чем она болеет? – тихо поинтересовалась я.
– Врач сказал, что это деменция.
Теперь стало понятно: Мигён забывала обо всем не из-за преклонного возраста, а по причине болезни.
– Я боялся старости больше, чем смерти. Ведь так надеялся на светлое будущее рядом с моей Мигён. Хотел, чтобы дети побыстрее завели собственные семьи, а мы бы продолжали жить в любви до ста лет. Желал этого простого счастья, где мы будем стареть медленно рядом друг с другом. Но теперь даже не знаю, возможно ли это. Все, о чем я мечтаю, – прожить хотя бы на минуту дольше нее, чтобы до последнего заботиться о ней. Хотя бы на минуту.
– Болезнь сильно прогрессирует?
– Она забыла меня. Моя первая любовь забыла меня. А ведь Мигён любила, говорила, что ей нет жизни без меня, а теперь даже не узнает. Когда вижусь с ней, она произносит мое имя и восклицает: «Тонсик скоро должен прийти! Так что, дедушка, уходите скорее».
Ты что, совсем не хочешь меня видеть? Это ведь я – Тонсик.
Не хочу. Ты мне не нравишься.
– Каждое ее слово причиняет ужасную боль. Это ведь моя прекрасная Мигён, более зрелая, но все та же. И теперь она не помнит меня-старика, помнит лишь того меня, с кем познакомилась в молодости.
Пусть наша молодость коротка, я хочу долго-долго жить вместе с тобой, до глубокой старости.
– Я часто говорил это Мигён, когда мы были молоды. Почему я всегда добавлял «жить до глубокой старости», но никогда «и не болеть»? И вот молодость пролетела быстро, мы так и не побыли вместе, теперь просто стареем, а Мигён еще и заболела.
Тонсик надеялся оставить невзгоды в молодых годах и не думал о том, что кто-нибудь из них может заболеть. Он был счастлив от мысли, что они смогут состариться вместе. Но даже в такой мрачной реальности мужчина радовался возможности увидеть Мигён, почувствовать ее душой.
– Я сильно сдал, уже нет сил ухаживать за женой, пришлось поместить ее в специальную клинику. Раньше я мыл ее, готовил нам, заботился о ней.
Пожилой мужчина тяжело вздохнул. Раздался звук вибрации – видимо, ему на телефон пришло сообщение. Посмотрев на экран, Тонсик сказал:
– Мир изменился в лучшую сторону. В молодости мы даже представить не могли, что можно будет с кем угодно связаться через мобильный. Хотя… несмотря на все улучшения, до сих пор нет никого, кто бы помог моей Мигён. Она так и не сможет узнать меня.
Мир стал лучше, но я все равно не нравлюсь тебе. Ты больше не испытываешь ничего.
Тонсик всю жизнь любил ту, которая подарила ему первые чувства, продолжал любить и теперь, когда его половинка забыла его, мучился от безответных чувств. Он потерял ее, но все равно продолжал любить, потому что она была его Мигён. И ему было достаточно этого.
– Если ваша супруга вспомнит обо всем, что бы вы хотели ей сказать?
– Мне бы хотелось поблагодарить ее. Сказать спасибо за то, что осталась жива, за то, что была рядом со мной, своим мужем.
Тонсик бросил взгляд за окно и стал рассматривать тень луны на голубом небе.
– Она находится так далеко, но создается впечатление, что висит совсем близко. Как мне быть, когда моя Мигён уйдет? Я ведь больше никогда ее не увижу, – тихо произнес он, любуясь луной, будто она напоминала прекрасный лик его супруги.
