Фили с облегчением погасил свечку на шлеме. Его примеру последовали все остальные. Огненный "змей", медленно, но верно подползающий к Гундабаду, в одночасье погас. Но его "яд" не потерял своей силы. Однако, чтобы он смог достичь цели, отряду необходимо было разделиться. Красногорские воины под предводительством Кили должны были выбраться на поверхность и схорониться в небольшой каменистой ложбине, скрывающейся меж восточных склонов священной горы. Остальным гномам нужно было разведать обстановку в логове врага, выяснить, кто являлся верховным орком. После этого оговорено было зажечь сигнальные огни по всему опорному бастиону, что вздымался над главными воротами Гундабада. Тогда часть отряда, скрывающаяся на восточных склонах, должна была обнаружить себя, требуя сражения. Воспользовавшись смятением, которое вызовет вооружённый отряд у порога, эреборцам нужно было убить предводителя орков.
"Лишившись вожака, они станут глупым стадом, перерезать которое не составит труда", — так думал Фили, разрабатывая план освобождения священной горы.
Но он не думал, что в подземельях Гундабада обитает зло, куда более древнее, чем орки.
***
Two Step From Hell — Mythic
В мгновенье ока земля задрожала, уходя из-под ног. Он едва успел отпрыгнуть и сгруппироваться, молясь, чтобы было на что приземлиться. Вокруг царил хаос: обломки горной породы вперемешку с песком сыпались со всех сторон; крики гномов и орков смешались в единый гомон, ввинчивающийся в сознание, заполняющий его до тошноты стремительно.
Жуткий рёв разделил его жизнь на "до" и "после". В одночасье обрушил на плечи чудовищную тяжесть ноши, которую не сбросить до конца дней. Мучительно сдавил виски королевским венцом.
Подземный страж Гундабада был призван уничтожить внезапно появившихся гномов-захватчиков. Но его гнев пал и на орков, которые наивно полагали, что полностью контролируют древнее существо, поселившееся в недрах горы задолго до их создания.
Смерть, казалось, неминуемо нависла над всеми. Но именно в этот момент один гном решил, что ему под силу уничтожить великого землееда.
Едва Фили осознал, что происходит, его разум принялся лихорадочно раскапывать в глубинах памяти знания, касающиеся червей-оборотней. С трудом вспомнив уроки Балина, он сказал сам себе:
"Самое уязвимое место этих тварей — глаза. Маленькие, почти полностью слепые, они находятся рядом с мозгом. Если правильно рассчитать, то одного удара хватит, чтобы убить…"
Недолго думая, Фили кинулся навстречу монстру. Землеед раскрыл клыкастую пасть. Неминуемая смерть направила тысячи мечей в грудь безрассудного гнома. Но ни одному не суждено было попасть в цель.
Фили ощутил мощный удар в плечо. Кто-то с силой оттолкнул его в сторону. Имя своего спасителя он узнал лишь сутки спустя, когда пришёл в сознание. Мрак спасительного тоннеля тогда, казалось, пропитал его навсегда.
***
Poets Of The Fall "Where Do We Draw The Line"
Настойчивый стук в дверь разбудил Нилоэлу. Она встревоженно подскочила на кровати. Неуклюже выбралась из-под груды одеял, растерянно завертела головой, соображая, что бы накинуть поверх ночной сорочки. А стук не прекращался ни на мгновение, становясь всё громче. Схватив меховую накидку, в которой совершала утренние прогулки, Нило опрометью кинулась к двери. На ходу пытаясь попасть в левый рукав, она даже не подумала про обувь. В голове крутились мысли о Разар, которую мог разбудить поднятый шум, и о вестях, что принёс ночной гость.
Совладав, наконец, с накидкой, Нилоэла отодвинула засов и толкнула дверь. На пороге стояла Гурдун. Её наспех заколотые волосы, бледное лицо и взволнованно бегающие глаза заставили сердце Нило подпрыгнуть к горлу.
— Что? — сиплый шёпот резанул слух, застывая на губах бессильным молчанием.
— Они вернулись. — Всего два слова, сказанные таким же шёпотом, заставили Нило отпрянуть.
Судорожно прокашлявшись, она окрепшим голосом попросила:
— Повтори.
— Отряды, ушедшие на Гундабад. Они вернулись, — возвращая надлежащее расположение духа, произнесла Гурдун.
— Где они? — наступая на компаньонку, спросила Нилоэла.
— Там же, откуда уходили. Располагают около входа в древний тоннель… — отшатнувшись, гномка не успела договорить.
Нило сорвалась с места, набрасывая на простоволосую голову капюшон. Не чувствуя под ногами грубый камень, она побежала к лестнице, ведущей к нижнему ярусу.
— …Раненых и мёртвых, — скорбно закончила фразу Гурдун, закрывая за собой дверь покоев.
Холод мрамора жёг босые ступни, но Нило боялась тронуться с места. Она стояла на последнем витке лестницы и, вцепившись в перила, пыталась разглядеть хоть одно знакомое лицо среди мельтешащих внизу гномов. Ей хотелось окликнуть Фили, но язык будто придавило камнем. Слишком много павших воинов лежало у входа в древний тоннель. И лишь одно тело было покрыто плащом, будто саваном. Сердце Нилоэлы ёкнуло, толкая едкую горечь по венам. Щемящая дурнота подступила к горлу. Издалека она не могла разглядеть, кому принадлежал плащ, но то, что он знаком ей, поняла ясно.