Заигрывание с сексуальным инстинктом, пожалуй, один из главных принципов, благодаря которому мировая шоу — индустрия зарабатывает свои миллионы и миллиарды. Ненавязчиво мелькающие в эфире женские груди и (более навязчиво) ягодицы — почти полдела в любом потенциально успешном проекте. Но, делая упор на нарочито невинный околоэротизм, по сути эта самая индустрия остается ханжеской. Особенно мощное доказательство этому — распространенное заблуждение, согласно которому порнография не может быть искусством.
Существует несколько мнений относительно того, что называть порнографией. «Особый вид продукции сексуального характера, основным содержанием которой является детальное изображение анатомических и (или) физиологических подробностей сексуальных действий» — так пространно, но достаточно конкретно трактуется понятие «порно» в российском законодательстве. «Порнография — это механическое воспроизводство сексуального акта. Достаточно установить кинокамеру перед гениталиями — и снимаешь» — это мнение знатока любовных дел Тинто Брасса. И самое главное. Порнография — это любое напоминание о существовании у человека половых органов посредством визуальной их демонстрации или изображения, а также конкретного называния в устной речи.
Последнее определение, витиевато сформулированное мною, к сожалению, пользуется в массах самым большим успехом, оно — почти народное. Его придерживаются бабушки — активистки, возвышенно — противоречивые псевдокультурные особы, бывшие и нынешние партработники, агрессивно-набожные персоны, прирожденные моралисты, «педофилы» (субъекты, навязчиво заботящиеся о нравственном облике детей), болезненно-примерные семьянины и все им подобные. В общем, те, кто, услышав слово «вагина», лезет в бутылку и долго и скучно говорит (или даже просто думает) о приближающемся духовном апокалипсисе, каждый в своем стиле. А таких, как ни крути, всегда большинство. Самое печальное — именно представители этой пестрой компании решают за всех, что хорошо и что плохо, что можно смотреть и что нельзя, и подкрепляют свое мнение соответствующими указами и законами. Иногда они путаются. Запрещают распространение продукции, «цинично и натуралистично» изображающей сексуальные сцены с несовершеннолетними, ничего при этом не имея против эпизодов того же плана с участием людей старше 18 лет. Рассказывая своим чадам о том, что плохо подсматривать за девочками (или мальчиками), смотрят по ночам мягкое, а также жесткое порно. Они постоянно путаются.
С тех пор как человечество почему-то решило, что оно движется путем прогресса, с порнографией только боролись. Кажется, все древнее искусство, не избежавшее внимания к гениталиям, не уничтожается только потому, что считается продуктом нашего «темного прошлого», скудоумным бредом питекантропа — еще не вылупившегося из яйца великого homo sapiens. Китайскую порнографическую живопись можно встретить на официальных выставках. При упоминании «Камасутры», как правило, хихикают, но в принципе благосклонно относят эту порнуху к разряду учебников по этике и психологии семейной жизни. Но со всем, что посовременнее, не все так гладко: поэмы Баркова[67], видите ли, брутальны, художества Обри Бердсли[68] неприличны, фото Яна Саудека[69] радикальны.
Можно выделить две причины, по которым глобальная война с порно продолжается. Первая — хронический дефицит вкуса. Вторая — нежелание всерьез, преодолев условности и посмотрев в упор на все эти фрикции, изучить явление. Ведь только по-настоящему, без предубеждений исследовав порнографию, можно разобраться, что в ней отходы и шлаки, а что — настоящее искусство. Сложно искать черную кошку в темной комнате, особенно если можно включить свет.
Между тем порноиндустрия развивается в том же духе, что и любая другая: в ней есть и пошлое, и гениальное. Однако почему-то отвратнейшие комедии, боевики, мелодрамы и шоу — программы появляются на телеэкране еще задолго до бенефиса Хрюши и Степашки, а ЛЮБОЙ фильм, где кто-то хотя бы пару раз показан голым спереди, могут увидеть только те, кто живет в режиме совы. Что на самом деле больше портит психику и способствует развитию дурного вкуса — «Аншлаг! Аншлаг!» или «Идиоты» фон Триера — это еще вопрос. Мозги, стекающие по стене, юмор ниже плинтуса, пустопорожние разговоры о том, кто, кого и зачем любит — всегда пожалуйста. Дешевое немецкое порно — вне закона. При этом и то и другое тупит мозги и сердце совершенно одинаково. Тут обычно порнофобы используют свой главный козырь — детей, которые в это время могут не спать и все увидеть. Поэтому я продолжу эту мысль: тупит независимо от возраста зрителя. Вспоминается недоумевающий Ларри Флинт из фильма Милоша Формана: почему опубликованный в газете фотоснимок, изображающий убийство во всей его красе, не считается преступлением, а кадр, зафиксировавший половой акт, считается? Когда спасаешь человечество от нравственной деградации, не помешает быть последовательным.
