– Поручик? – вопросительно посмотрел на подчинённого офицера ротмистр.
Нормально вообще? Они что, больше доверяют словам французского пленного, чем офицера российской армии? Или дело в психологии – с этим провокатором они типа чуть ли не подружиться успели, а я пока просто некий «хрен с бугра»?
– Я действительно познакомился с капитаном Демидовым и подпоручиком Соковым недели две назад. По моему мнению, он именно тот, кем себя называет. – Глебов слегка смутился.
Ладно, хоть за это спасибо.
– Господа, – снова ввязался я, – мою личность установить легко. Я даже готов на время отдать свою шпагу. Но этот человек – вражеский лазутчик. Его необходимо немедленно арестовать и не верить ни единому его слову.
– Разумеется, – кивнул ротмистр и отдал соответствующие указания.
Французу завернули руки за спину и увели. Он пытался ещё что-то вякать про недоразумение, но результаты не воспоследовали.
– Однако и вас, Вадим Фёдорович, – продолжил гусарский офицер, – попрошу временно побыть нашим гостем. Шпага, конечно, останется при вас. Надеюсь, что поймёте меня правильно.
– Хоть у меня и имеются дела… – Я вопросительно посмотрел на Клейнмихеля.
– Сергей Карлович, – понял меня ротмистр.
– Хоть у меня и имеются дела, Сергей Карлович, но они не то чтобы очень срочные. Понимаю ситуацию и прекрасно понимаю вас. С удовольствием задержусь в расположении полка. Надеюсь, что всё выяснится достаточно быстро.
– Благодарю за понимание. К тому же скоро время обедать – не откажетесь разделить трапезу с гусарами?
– С огромным удовольствием. Благодарю!
Перекусить и в самом деле уже не мешало.
– И, Сергей Карлович, ещё одна просьба…
– Слушаю.
– Вас не затруднит передать моим подчинённым, что я задержусь у вас? Будут беспокоиться без причины.
– Не премину. Где находятся ваши люди?
– Поручик Глебов заезжал со мной туда. Может, разумнее всего именно его и отправить к его сиятельству?
– Графа Сиверса имеете в виду?
– Конечно. Хотя можно и не отвлекать самого полковника. Возможно, вас устроит свидетельство командира пионеров капитана Геруа? Или кого-то из его офицеров.
– Устроило бы, разумеется, но пусть уже его сиятельство решает, кто приедет в наше расположение. А пока прошу вас быть нашим гостем!
Обед действительно оказался неплох: щи наваристые, а на второе была картошка с мясной подливой – очень душевно. Весьма редко картоха-катошечка-бульба появлялась на столе в этом времени. Во всяком случае для меня редко. Не прочувствовал ещё русский народ до конца не написанные пока слова Фридриха Энгельса: «Для человечества картофель сродни железу…» Ну, или что-то в этом роде.
Короче, каши, даже моя любимая гречка, уже обрыдли. А вот картоху с мяском я употребил с полным удовольствием. К тому же и огурчики солёные были поданы.
А вот пренепременной для такой закуски водочки – увы. Только вино. Причём не самое лучшее. Нет, неплохое, конечно, но… Я ведь водку не особенно уважаю – мне «кружение мозгов» совершенно без надобности. Водка существует для того, чтобы её ЗАКУСИТЬ. Для меня – именно так. Вспоминается знаменитый отрывок из диалога булгаковской «Белой гвардии»:
Лариосик:
– Я водку не употребляю.
Мышлаевский:
– А как же вы селёдку есть будете?
Вот и у меня что-то типа того – просто раствор этанола в воде неинтересен, он может обжечь, согреть, расслабить… Иногда это важно. Но если для получения удовольствия – извините! Нужна соответствующая закуска. Чтобы… Да непонятно что «чтобы»! Чтобы сочеталась с обожжёнными водкой ротовой полостью и пищеводом.
На мой взгляд, селёдка действительно просто требует предварительного омывания языка сорокаградусной отравой. Солёные огурцы более спокойны – они её «манят», не «требуют»…
Но и слабенькое вино вполне подошло в данном случае. Можно было бы, кстати, вполне и без него обойтись, но сентябрь выдался в этом году тот ещё – метеорологических наблюдений, вероятно, не велось, однако по ощущениям – за тридцать градусов к концу дня. И эпитеты в адрес человека, нарядившего армию в имеющую место быть форму, складывались в голове весьма неблагоприятные.
Воротничок, блин, позволили багратионовским полкам расстегнуть на марше по тридцати с лишним градусной жаре…
Но не мне, в конце концов, проводить в армии кардинальные перемены. Не Потёмкин я, одевший солдат в простую и удобную для боя форму.
Пристало знать своё место и не высовываться сверх необходимости.
– Наш французский лазутчик наверняка предлагал какую-нибудь авантюру, господин ротмистр? – начал я потихоньку прощупывать ситуацию.
– Ну почему же авантюру, – спокойно возразил мне гусар. – Рейд одним эскадроном. Уйти всегда успели бы…
– В данном случае – наверняка не успели бы. Сергей Карлович, позвольте моим ребятам устроить сюрприз французам?
– Что вы имеете в виду? – искренне удивился гусар.
– Сразу и не объяснить… Но если будут известны направления атаки французов, находящихся в засаде…
