Существо удивленно вскинуло руки, и жест этот был столь грациозен, что у людей слезы навернулись на глаза.
— Невероятно! И это говорят люди! Те, кто даже среди своего вида умудрились расколоться на множество чуждых религий и рас, более того, раздробить религии на секты, а расы — на нации.
— Это было раньше! Сейчас мы едины!
— Ложь. Разве сейчас в ваших языках нет таких слов, как «черномазый», «узкоглазый», «гяур», «еретик», «чурка». — Существо неодобрительно покачало головой. — И разве ваша миссия не является тайной от иных ваших сообществ, которые вы зовете государствами? — В голосе его проскользнули ироничные нотки. — Или я не прав?
Дон Киор покачнулся и чуть не упал, в последний момент уперевшись ладонью в грудь Счастливчика. Под пальцами оказался маленький серебряный крестик, и в то же мгновение он почувствовал, что оцепенение отпустило. Резко выбросив руку, Пивной Бочонок ударил ладонью по клавише отбоя. Экран погас. Кто обессилено рухнул в кресло, кто прислонился к стене, кто — к консоли, а кто просто растянулся на полу. Сивый Ус произнес слабым голосом:
— Чума на вашу голову, святой отец. Алый князь нас чуть было не заворожил.
Дон Диас разъяренно повернулся к кардиналу:
— Вот что, Ваше Преосвященство, если я еще раз увижу вас на…
В это мгновение корабль вздрогнул, да так, что если бы они уже не успели принять более устойчивое положение, то их неминуемо скинуло бы на пол. Капитан подпрыгнул и заорал:
— Какого… — Тут он осекся, не рискнув помянуть князя тьмы так близко от тех, кого считал его ближайшими прислужниками, но остальное выпалил без запинки: — Счастливчик, ты чего, богом ушибленный? Почему экраны не на полной мощности?
— Я нормальный! — огрызнулся Ив. — Просто не хочу сразу открывать этой краснозадой твари все наши козыри. На такой дистанции достаточно трети. А треть нашей мощности как раз соответствует защитным полям корвета.
Капитан выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, но промолчал. Дон Ансельм напряженно разглядывал медленно приближающийся корабль. Упрямый Бычок повернулся к нему:
— Ну что, адмирал, как вы оцениваете наши шансы?
Толстый Ансельм несколько мгновений молчал, а потом выразился коротко и энергично:
— Дерьмо! Знать бы, что позволяет ему столь шустро бегать, — добавил он, покачав головой.
Капитан сумрачно кивнул:
— Что ж, остается только подороже продать свою жизнь и надеяться, что Вечный это заметит.
Дон Киор наклонился и хлопнул капитана по плечу:
— Послушай, Упрямый Бычок, есть одна идея. Как-то, было дело, увязался я за Тупым Дроном, и нас очень похоже прижали краснозадые. — Он помедлил. — Я не знаю характеристик этой системы, но там нам повезло. — Пивной Бочонок наклонился над консолью и вывел на экран какую-то информацию, потом задумчиво пробормотал: — Клянусь святым Эльмом, все-таки зря Тупому Дрону дали такое прозвище.
Все повернулись к нему, а он, как будто не замечая этого, что-то напряженно разглядывал на обзорном экране.
— Да говори же, старая пивная бочка! — не выдержал дон Диас.
Дон Киор куснул ус и отвернулся от экрана:
— Алые князья всегда выбирали для размещения мантикор системы с мощным астероидным поясом.
— Бог мой! — первым понял адмирал. — Ну конечно, они не смогут преследовать нас в астероидном поясе. У них масса намного больше, и потери на компенсацию инерции при маневрах будут слишком высоки, чтобы они могли сохранять нашу скорость.
— А что им стоит нагнать нас, после того как мы выйдем из пояса астероидов? — робко подал голос кардинал Дэзире.
Но команда уже лихорадочно работала, разворачивая корабль в сторону скопления масс. Кардинал, не дождавшись ответа на свой вопрос, тронул за плечо адмирала:
— Скажите, а что им…
Тот отмахнулся:
— Над этим будем думать после. Сейчас главное — не упустить этот шанс.
Корвет снова ощутимо тряхнуло. Капитан восторженно выставил кукиш в сторону экрана, на котором как будто еще оставались следы пугающе прекрасного лица, и заорал:
— Что, съел?
Через два часа они вошли в пояс астероидов.
