Королева отскочила назад, испепелив Ива взглядом.
— Еще!
Ив на мгновение задумался, не поддаться ли, но он был слишком возбужден, чтобы это могло получиться незаметно, а грубо поддаваться не решился.
Еще два поединка закончились с тем же результатом. После третьего королева отшвырнула шпагу, резким кивком поблагодарила за урок и молча выбежала из зала. Счастливчик несколько мгновений смотрел в след королеве и ее офицеру, которая бросилась за ней, подобрав шпагу, а потом сокрушенно махнул рукой и, подобно Пипу, уселся на мат. Ну почему у него все выходит шиворот-навыворот?!
Ив сидел на обзорной галерее и смотрел на звезды. Он никогда не видел звезд во время полета — ни на одном из кораблей, на которых он летал, не было не то что обзорных галерей, но даже простых иллюминаторов, — только глухая обшивка с антеннами и окулярами сенсоров.
Ив наклонился и поднял с пола бутылку вина, которое, как сказал Пип, называлось миносским. Сейчас он с большим удовольствием выпил бы джина, виски или водки, но в королевстве не производили крепких напитков. Миносское было самым крепким из вин, что нашлись в корабельных погребах.
Счастливчик сделал добрый глоток и тяжело вздохнул. Со встречи в фехтовальном зале прошло более суток. Он пару раз попытался тыркнуться в королевские покои, но ему вежливо говорили, что королева занята. Он успел повидать Сивого Уса и Пивного Бочонка, которые также толкались у голокуба, обсуждая с командирами варианты будущей битвы. Старшие офицеры королевства только глаза таращили при виде такого способа выработки решений, но Усатая Харя объяснил, что многие из нынешних рядовых бойцов абордажной команды сами когда-то водили эскадры, а те, кто командовал эскадрами сейчас, в то время были еще сопляками. Почему-то даже подготовка к сражению Счастливчика не трогала. Он думал было подойти к дону Крушинке и попроситься обратно на корвет, но понял, что уйти не сможет. Все это было глупо, пугающе, но… прекрасно.
Ив сделал еще один глоток и наклонился, ставя бутылку. Когда он разогнулся, то чуть не свалился с кресла. Она сидела на расстоянии вытянутой руки, в соседнем кресле, за спинкой которого привычно маячила Умарка. Несколько мгновений он просто смотрел на нее, не в силах вымолвить ни слова, потом покраснел и отвернулся. Она кивнула Умарке и, когда та отошла на пару десятков шагов, протянула руку и положила ладонь на его запястье.
— Простите меня, просто дома я слыла неплохим фехтовальщиком. Тяжело несколько раз подряд получать по носу. Особенно если сама себя считаешь мастером.
Ив смущенно пожал плечами. Тэра рассмеялась.
— И все-таки я просила урок, так что хотелось бы услышать об ошибках.
Счастливчик поежился, боясь ляпнуть что-нибудь не то, и осторожно начал:
— В общем, все хорошо, только вы фехтуете слишком… — он запнулся, подбирая слово, — правильно. Мы привыкли действовать любой частью клинка, которой поймаешь клинок Врага. И поменьше амплитуда движений. В узком коридоре корабля не особенно размахаешься — не зал. Вы ждете противодействия по стандарту — отбив нижней частью клинка, выпад верхней, рубящий удар тоже, вот и попадаете.
— Я так и думала, — задумчиво кивнула она и повернулась к нему, — Я хочу, чтобы вы меня поучили.
Ив просиял.
— Конечно.
Они помолчали. Потом Тэра спросила:
— А зачем вы занимаетесь со слугой?
— Он хочет стать благородным доном.
Она удивленно посмотрела на него.
— Но разве это не привилегия?.. Вы не дворянин?
— Нет. Я с Пакрона, у нас нет дворян, одни фермеры да еще ихтиологи. У нас большие океаны.
— Значит, среди благородных донов нет дворян?
Счастливчик пожал плечами.
— Наверное, есть. Но, скажем, в армии Русской империи или султанате Регул их намного больше. А у нас этим никто не интересуется.
Тэра кивнула.
— Знаете, я хочу, чтобы вы поподробней рассказали мне о благородных донах.
— Я плохой рассказчик.
— Это мы посмотрим, — рассмеялась она. — Жду вас сегодня к ужину.
Когда она ушла, Счастливчик прикончил бутылку, швырнул ее в мусоросборник и, подойдя поближе к стеклянной стене галереи, подмигнул смотрящим на него звездам. Потом расхохотался и пошел переодеваться к ужину. Интересно, получилось бы что-нибудь у Ромео и Джульетты, если бы Ромео был старше ее на семьдесят девять лет и до встречи с ней не пропустил ни одной юбки в портовых тавернах, где квартировал? Хотя, надо признаться, делал это без особого интереса. Впрочем, при чем здесь Ромео?
Ив стоял на балконе дворца и таращился на расстилавшееся перед ним зеленое море. Он давно отвык от той жизни, которую вел последние два месяца. Вернее, если быть откровенным, Ив-то к ней никогда и не привыкал, но было время, когда он много читал о ней и, естественно, частенько мечтал. Но с той поры прошло много времени, в котором была только череда дешевых таверн, тощий кошелек, долгие, нудные рейды в пахнущих жаром и шпажным маслом стальных коробках кораблей и короткие яростные схватки, перед началом которых пробирает ужас, а после давит усталость и наваливается опустошение. Но сейчас…
