– Мне с самого начала было непонятно, почему тебя не отдают под залог. Вроде бы и вопрос не такой серьёзный. Ты у нас не казнокрад и не серийный убийца. Есть какие-то спорные вопросы по поводу гибели трёх акционеров фирмы, но это ведь никем не доказано. На лицо лишь один факт, который можно инкриминировать, как убийство по неосторожности, но я бы и с этим поспорил. По таким обвинениям людей чаще всего даже в изоляторах до суда не держат, а тебя даже под залог не отдают. Сейчас я начинаю понимать, почему дела так обстоят. Я уже говорил, что у меня здесь есть друг, имя которого я не буду называть. В разговоре с ним я услышал информацию, которая показалась мне интересной.
Яйцеголовый адвокат снова делает паузу, чтобы придать наибольшую значительность словам, которые будут произнесены далее.
– Дело в том, что я организовываю наши с тобой встречи через него. Когда я позвонил ему в последний раз, он сказал, что встреча не состоится, так как ты находишься в изоляторе.
– В изоляторе? – Алексей пожимает плечами.
– В лазарете, в больнице – поясняет Михаил. – Я был очень удивлён и сказал, что не далее, как сегодня, у него было свидание с женой. Тогда мой друг заметно засуетился, кое-что перепроверил, а потом сказал, что он ошибся. Я, конечно же, не мог пропустить мимо ушей такую оговорку и начал на него наседать, мол, дружище, скажи, с какого перепуга ты мог так ошибиться. Он начал вилять задницей, мол, не бери в голову и забудь. Тогда что-то ударило мне в голову, и я у него спросил: «Друг мой, а не значит ли это, что мой подзащитный на днях всё-таки окажется в этом изоляторе?». Он очень долго молчал, и я понял, что попал в точку. Дальше мой товарищ стал просто непробиваем. Единственное, что он мне смог сказать это то, чтобы я забыл об этом разговоре и его оговорке и уверил, что для меня так будет лучше…
– И что всё это значит? – Алексей чувствует, что у него пересохло в горле.
Адвокат снова наклоняется к нему так близко, что их лбы крепко упираются друг в друга. Он говорит ещё тише, оттопырив вперёд пухлую нижнюю губу.
– А это значит, что в ближайшее время ты загремишь в лазарет.
– Как? Я вообще то здоров как бык, – шепчет в ответ Алексей.
– Скоро не будешь здоров. Болезнь найдётся, благо сейчас пандемия и могут объявить тотальный медосмотр по камерам. Это как вариант. Ещё один вариант – ты поскальзываешься на разлитом чифире и разбиваешь себе голову об стол, или по дороге на прогулку падаешь с лестницы и вывихиваешь себе ногу. Здесь вариантов много.
– Но зачем?
– Затем, что если это то, о чём я думаю, то в изоляторе открывается колондайк возможностей это исполнить. Неправильный укол, вызывающий анафилактический шок, или клизма со скипидаром, это уж как кому будет угодно. Ты меня понимаешь?
– Нет не понимаю! Я не понимаю, кому это может понадобиться.
– А вот над этим нам и надо подумать, и чем быстрее мы будем думать, тем будет больше шансов выпутаться. Алексей Фёдорович, может быть, ты мне не всё рассказал? Если нет, то сейчас самое время заполнить пробелы в этой истории. Вспомни, кому ты мог перейти дорогу.
– Касаемо этого дела я был с тобой полностью откровенен. Просто…
– Что просто?
– Просто всё это…то, что происходит в последнее время…это какое-то наваждение. – Алексей врезается пальцами в густую отросшую шевелюру. – Сначала парни погибают один за другим, теперь вот и за меня взялись…только кто взялся? Злой дух, демон? Ты же знаешь всю историю: все смерти выглядят как нелепые случайности и сейчас не в наших интересах доказывать обратное.
– Сейчас в наших интересах разобраться, кто хочет тебя устранить. Это явно не злой демон, а конкретное лицо, или же группа лиц.
– Я не знаю! Не знаю! Я на самом деле не знаю! До сих пор я был уверен, что всё это дело рук Глеба, но сейчас у меня словно пелена с глаз упала. Это точно не он!– Его голос крепчает, срывается на крик.
Адвокат хватает его запястье маленькой цепкой ручкой украшенной позолоченным хронометром.
– Сейчас главное успокоиться. Предупреждён, значит вооружён. При первой же попытке положить тебя в лазарет найди способ связаться со мной. Тогда мы, по крайней мере, будем знать, что наши худшие опасения сбываются. А пока у тебя есть время, думай…думай и вспоминай, кто это может быть. Лучше тебя это сейчас никто не сделает. Некому!
– Некому? – Алексей вдруг поднимает на адвоката блестящие глаза в которых читается мольба.
– Миша, устрой мне срочное свидание с Евой. Пожалуйста, я тебя прошу! – он складывает ладони в молитвенном жесте.
– Я попробую…постараюсь,– адвокат растерянно пожимает плечами, мол не о том тебе сейчас нужно думать.
– Не пробуй, не старайся, устрой! Сам знаешь, времени нет. Миша, ты же знаешь, я в долгу не останусь.
– Хорошо, сделаю…
***
– Стоять! Руки за спину! Лицом к стене!
