— Ну ладно, иди, только смотри, правда не больше часа!
— Я же сказала — сорок минут! — выпалила Вика и выпорхнула из кофейни, на ходу раскрывая зонт.
Света достала из сумочки зеркало и придирчиво осмотрела свое лицо.
Давно пора заняться бровями… если Вика завтра ее подменит, надо будет тоже сходить в салон…
Колокольчик на двери звякнул, и в кофейню вошла скромно одетая женщина лет сорока. Она потопталась у входа, вытирая ноги и стряхивая воду с зонта и плаща. Похоже, дождь, зарядивший с самого утра, еще усилился.
Женщина подошла к стойке, приветливо улыбнулась Свете и проговорила:
— Ну и погода! Хороший хозяин собаку на улицу не выгонит… чашку кофе, пожалуйста, и пирожное…
— Эспрессо, американо, капучино? — осведомилась Света.
— Кофе по-венски! — решилась клиентка. — И вот это пирожное!
Она показала куда‑то в самый дальний угол витрины, которого Свете не было видно. Чтобы рассмотреть, что именно выбрала женщина, Света перегнулась через прилавок.
И тут произошло что‑то странное: посетительница вытащила из кармана плаща небольшой флакончик, что‑то вроде дезодоранта, и брызнула в лицо барменше пахучей жидкостью.
Света хотела возмутиться, хотела строго отчитать странную клиентку, но ей вдруг стало так скучно, так неинтересно все на свете и неожиданно ужасно захотелось спать. Света широко зевнула, покачнулась и медленно сползла на пол.
Странная клиентка неторопливо зашла за прилавок, сняла свой мокрый плащ, повесила его на крючок, затем оттащила Свету в угол, где ее не могли заметить посетители кофейни, стащила с нее белый передник и кружевную наколку, надела на себя и встала за стойку с самым невозмутимым видом.
Артемий Васильевич Волопасов был человеком консервативным. Он покупал одежду в одних и тех же магазинах, заправлял машину на одной и той же заправке, пил кофе в одной и той же кофейне.
Это была маленькая, никому не известная кофейня на углу Бармалеевой улицы и Малого проспекта. Волопасов посещал ее не потому, что кофе там был лучше, чем в других местах, а просто в силу давней привычки.
В этот день с самого утра шел дождь, унылый и нескончаемый, как аналитическая статья в экономической газете.
Волопасов припарковал машину возле входа в кофейню, подумал, раскрывать ли зонт, и решил, что обойдется.
Выбравшись из машины, тут же угодил ногой в лужу, чертыхнулся и припустил к крыльцу. Ему нужно было сделать всего несколько шагов, но дождь успел‑таки попасть за воротник, в левом ботинке хлюпала вода, и вдобавок проехавшая мимо машина умудрилась окатить его водой из лужи.
В результате Артемий Васильевич вошел в кофейню в скверном настроении.
За стойкой бара стояла приветливая женщина лет сорока. Если бы Волопасов запоминал обслуживающий персонал, он мог бы подумать, что не видел ее прежде. Но память на лица у него была вообще плохая, в особенности на лица официанток, горничных, коридорных, продавцов, барменов и заправщиков. Все они сливались в какую‑то неразличимую массу, из которой выглядывало только лицо его домработницы Антонины. Поэтому при виде незнакомой барменши Артемий Васильевич ровным счетом ничего не подумал.
Он подошел к стойке, оставляя на кафельной плитке мокрые следы, и проговорил голосом, в котором звучала начинающаяся простуда в сочетании с общим раздражением:
— Американо с лимоном и марципановый рогалик!
— Одну минуту! — Незнакомая барменша приветливо улыбнулась, отсчитала ему сдачу и произнесла традиционное: — Присаживайтесь, пожалуйста!
Волопасов взял с полки сегодняшний номер бесплатной газеты «Свежие сплетни» и сел за угловой столик, тот самый, который он занимал практически каждое утро. Ведь он, как уже сказано, был человеком консервативным.
Развернув газету, он погрузился в чтение и поэтому не видел, что делала барменша. Впрочем, если бы он не читал газету, он этого тоже не видел бы, потому что их разделяла стойка бара, и кроме того, женщина повернулась к нему спиной.
Она засыпала в кофейный автомат порцию зерен, перемолола их, нажала кнопку парогенератора. В чашку полилась тонкая струйка ароматного напитка.
Бросив через плечо настороженный взгляд, «барменша» достала из кармана крошечный пузырек синего стекла. Отвинтив колпачок, она капнула в чашку кофе каплю бесцветной жидкости и торопливо спрятала синий пузырек.
Затем она поставила чашку на поднос, туда же пристроила тарелочку с марципановым рогаликом, положила на блюдце несколько кусочков лимона и фирменный пакетик с сахаром.
Осторожно перешагнув через неподвижное тело Светы, женщина вышла из-за стойки, подошла к столику Волопасова и поставила перед ним содержимое подноса.
Волопасов невнятно поблагодарил ее и отложил газету.
Женщина вернулась за стойку и бросила быстрый взгляд на часы.
Яд, который она влила в кофе Волопасова, убивал человека приблизительно за две минуты. Впрочем, кофе мог еще ускорить его действие. «Барменша» хотела удостовериться в успешном завершении операции и только после этого покинуть кофейню.
Артемий Васильевич пододвинул к себе чашку, высыпал в нее сахар и перемешал, затем положил сверху кусочек лимона.
