Он бросил взгляд в окно, исполосованное струями дождя, отломил кусочек рогалика и положил его в рот.
Женщина из-за прилавка следила за каждым его движением.
Он взял чашку… и тут из кармана пиджака донеслась совершенно не подходящая к сезону и настроению жизнерадостная мелодия «Утро красит нежным цветом».
Волопасов поставил чашку и вытащил мобильный телефон.
Звонил главный товаровед его фирмы Павел Сарделин.
— Артемий Васильевич! — говорил он задыхающимся от волнения голосом. — Только что поступило сообщение, что в Аргентине поднялись цены на природный каучук! Это непременно скажется на рынке ластиков и резинок для денег! Я предлагаю утроить закупки по этим позициям, пока рынок не покачнулся!
— На Аргентине свет клином не сошелся, — возразил Волопасов. — Будем покупать ластики из Боливии…
— Гениально! — воскликнул товаровед.
— У тебя все? — Волопасов отключился и снова потянулся к чашке.
Он поднес ее к губам, «барменша» снова бросила взгляд на часы…
И в это мгновение с улицы донесся истошный вопль автомобильной сигнализации.
— Моя машина! — вскрикнул Волопасов, порывистым движением поставил чашку на стол и бросился к дверям.
Выглянув в дверной проем, Артемий Васильевич убедился, что его машина пребывает в добром здравии и никто на нее не покушается, а сигнализация заработала оттого, что в опасной близости от машины проехал огромный черный «Хаммер».
Волопасов закрыл дверь и вернулся за стол.
«Барменша», нервно вытиравшая чистую чашку, снова взглянула на часы.
Время неумолимо шло, а Волопасов был все еще жив, более того, он так и не выпил свой кофе.
Артемий Васильевич снова взял чашку.
На этот раз, казалось, ему ничто не должно было помешать.
Он уже поднес чашку к губам…
И тут его взгляд упал на раскрытую газету.
Точнее, на заголовок, которого он в первый момент не заметил.
«Присуждение почетного звания «Бизнесмен года»…
Волопасов снова отставил чашку с остывшим кофе и вцепился в газету.
«Вчера во дворце графов Московско-Петроградских, что на набережной Екатерининского канала, прошла ежегодная церемония вручения почетных званий «Бизнесмен года». Звание вручалось в десяти номинациях…»
Артемий Васильевич торопливо пробежал несколько строчек, где перечислялись ничуть не интересующие его номинации — лучший бизнесмен в топливно-энергетическом секторе, в торговле продуктами питания, бытовой техникой, строительными материалами, похоронными принадлежностями… наконец он дошел до самого главного, до торговли канцелярскими товарами.
И тут его ждал страшный, неожиданный удар.
«В данной номинации почетное звание «Бизнесмен года», а также памятный знак и диплом вручены господину Заржавейскому, владельцу сети канцелярских магазинов «Счастливый карандаш»…
— Заржавейский — бизнесмен года?! — завопил Артемий Васильевич, резко поставив чашку на стол, отчего кофе едва не выплеснулся на столешницу. — Это ничтожество, это пустое место, этот, не побоюсь этого слова, баран?! Да он не отличит степлера от блистера! Он не отличит дырокола от скоросшивателя! Его нельзя на пушечный выстрел подпускать к канцтоварам!
Фальшивая барменша выронила чашку из рук. Чашка ударилась о кафельный пол и с жалобным звоном раскололась на куски.
«Что это у меня с нервами? — подумала она, собирая осколки. — Для моей работы выдержка и невозмутимость — самые главные качества… неужели это возраст сказывается? Нет, я просто утомилась. Вот закончу эту операцию — и в отпуск, на море…»
Наклонившись, она увидела, что бесчувственная барменша начала подавать первые признаки жизни. Еще несколько минут, и она придет в себя…
Она выпрямилась и снова уставилась на Волопасова.
Он дочитал заметку и снова потянулся к кофейной чашке.
Однако на этот раз даже не поднес ее ко рту.
Вместо этого он повернулся к женщине за стойкой и раздраженно проговорил:
— Что вы мне подали?!
— Как что? Кофе по-американски, как вы просили! — отозвалась она, стараясь держать себя в руках.
— Но он же совсем холодный!
«Ты бы еще полчаса подождал!» — подумала «барменша».
Вслух же она самым миролюбивым тоном произнесла:
— Если хотите, я вам сварю еще одну чашку…
— Да уж пожалуйста… — сварливо проворчал Волопасов.
— Минуточку…
Она снова повернулась спиной к клиенту, поставила на поддон кофемашины чистую чашку, опасливо взглянула на лежащую у ног официантку.
Светлана пошевелилась и негромко застонала.
— Что там у вас — кошка? — неприязненно осведомился Артемий Васильевич.
— Да, кошечка… — отозвалась «барменша», включая радио, чтобы заглушить стоны официантки.
— Чашка кофею… — очень уместно завыло из динамика.
— Отстань, Мурочка! — громко проговорила женщина. — Я тебя уже кормила!
— Безобразие! — проскрипел Волопасов. — Разве можно держать кошек в учреждениях общественного питания? Животные распространяют всевозможные болезни! Здесь нужно держать комнатные растения, лучше всего — азалии!
— Вот зануда! — прошипела женщина за стойкой и потянулась за синим флакончиком.
