– Полагаю, что да, – ответила она с причудливой улыбкой. Она бы предпочла, чтобы Валерий Оттвейлер, атташе Мезы, который был ее официальным помощником в Мейерсе, когда организовывалась операция на Монике был с ней здесь. Его компетентность одновременно впечатляла и успокаивала. Но он опять вернулся в Мейерс, где у него была своя партия в игре, а Янсен Меткалф, торговый атташе Мезы, повышенный до полного посла, когда Новая Тоскана покинула Конституционное Собрание Шпинделя, как и предполагалось, был также чрезвычайно компетентен. Хотя, конечно, он не смог бы сегодня присутствовать здесь. Обстоятельство, что официальный представитель Мезы отсутствовал – и, между тем, что он подчеркнул ее собственный «неофициальный» статус – были двумя небольшими намекам, что, по сути, она не только говорит от лица истинных правителей Мезы, но и что то, что она должна была сказать, было и в правду очень важно.
– Пожалуйста, позвольте мне представить своих коллег, – сказал Боутин, и Анисимова приятно кивнула каждому из других в свою очередь, пока президент бормотал их имена. И не то, чтобы кто-либо в этой комнате действительно нуждался бы представлении, в этом она была абсолютно уверена.
Закончив прелюдию, она обосновалась на удобном кресле, скрестив свои длинные ножки, и откинулась назад. Во время своего первого посещения Роберто Тайлера Анисимова сознательно выбрала платье, которое подчеркивало совершенство ее природных данных. Вряд ли Боутина или – что еще более важно – Вежьена поколеблет любое физическое очарование, выставленное напоказ, и поэтому она выбрала строгое, сделанное на заказ темно-синее выходное платье. И, пока ей не приходится заморачиваться, какую же тактику – или инструменты – лучше всего использовать, признавалась она себе, что предпочитала не чувствовать себя подобно размалеванной рабыне для удовольствия.
– А сейчас, госпожа Анисимова, позвольте наконец узнать, что же привело вас в Новую Тоскану?
– Если уж быть до конца честной, господин президент, я здесь в немалой степени из-за довольно бедственных происшествий на Монике, – сказала она и скрыла улыбку из-за отразившегося на лицах новотосканцев шока.
«Что, не ожидали, что получите в лоб от меня признание факта нашей причастности той небольшой катастрофе?» – ехидно подумала она. – «Ну, у меня все еще припасено несколько сюрпризов для вас».
– Я уверена, что вам всем хорошо известно, что произошло с Союзом Моники, – продолжила она спокойно. – То прискорбное положение дел стало результатом стечения обстоятельств, которые никто не мог предсказать, также можно говорить об определенной степени некомпетентности выполнения планы со стороны Моники.
– У нас были отчеты о тех… событиях, – медленно проговорил Боутин, стрельнув глазами в сторону Дюссерре. – Могу я задать вопрос, вы хотели сообщить нам о них что-то определенное?
– Говоря начистоту, господин президент, мы не заинтересованы наблюдать, как монти распространяют свои контроль и влияние на эту область космоса, – ответила с выражением чистой искренности. – Я уверена, что вы все очень хорошо осведомлены о давней враждебности между бизнес-сообществом Мезы и Звездным Королевством Мантикорой. И то что Мантикора демонстрировала довольно часто в прошлом – а совсем недавно, и на Монике – «Звездное Королевство» никогда не чуралось использования голой силы в достижении своих политических целей. Для нас в Системе Мезы кажется достаточно очевидным, что установление перевалочной базы Мантикоры здесь в Талботте почти неизбежно приведет к дальнейшему преследованию Мезы и, вполне возможно, к фактическому развязыванию военных действий Мантикоры против Мезы в не слишком отдаленном будущем. Это, если уж быть до конца честной, и было причиной наших первоначальных контактов с президентом Тайлером.
– К сожалению, как вам всем известно, Конституционное Собрание в Шпинделе ратифицировало эту новую конституцию, по сути, превращая все Скопление в еще один придаток Звездного Королевства. Что означает, конечно, что, что мы бы хотели предпринять дополнительные меры самозащиты, раз уж факт нашей поддержки президента Тайлера стал достоянием широкой общественности.
