– Поверьте мне, миледи, баронесса знает о чем просит. У нее в резиденции есть банкетный зал подходящего размера, и я думаю, что она рассматривает данный ужин как возможность представить премьер-министру Вас и Ваших людей. Она видит в этом первый шаг по укреплению доверия к вам, и, мне кажется, в этом есть смысл.
– Ну в этом что-то есть… Надеюсь, что банкетный зал у нее действительно большой.
– Я думаю, мы как-нибудь уместимся, адмирал Золотой Пик, – заверил ее Хумало.
– Адмирал Золотой Пик, позвольте представить Вам премьер-министра Альквезара, – произнесла леди дама Эстель Мацуко, баронесса Медуза и имперский правитель Ее Величества Елизаветы Третьей в Секторе Талботта. – Премьер-министр, графиня Золотой Пик.
– Добро пожаловать в Сектор, графиня, – рыжеволосый, невероятно высокий и поджарый, Альквезар с улыбкой пожал руку Мишель. Несмотря на низкую гравитацию своего родного мира, которая предопределила конституцию его тела, рукопожатие было крепким и сильным. Бросив беглый взгляд поверх ее плеча на Хумало, Альквезар кисло усмехнулся:
– У меня традиция расспрашивать новоприбывших офицеров Флота Ее Королевского Величества об их впечатлениях касательно политической окраски в Скоплении.
Хумало, пожимая ему руку, улыбнулся в ответ, вызвав смешок баронессы Медузы
– Стоп, стоп, Иоахим! Не начинай, – предупредила она – Вы оба обещали сегодня держать себя в руках.
– Действительно, – мрачно кивнул Альквезар. – С другой стороны, я все же политик.
– А еще он из тех политиков, которые создают недобрую славу другим политикам, – произнес другой мужской голос. Мишель была знакома с вошедшим из сводок новостей. Гораздо ниже Альквезара – чей рост составлял, по меньшей мере, полных два метра – но значительно выше ее самой. Он был светловолос и голубоглаз, а звучание его стандартного английского разительно отличалось от произношения Альквезара.
– Ох, ну конечно, Бернардус, – сказал ему Альквезар. – Теперь, когда я в состоянии защитить свою власть, пришло время моей мании величия выбираться на поверхность, не так ли?
– Только если тебе действительно понравится, что наемные убийцы будут охотиться за тобой по всему Тимблу, – произнес светловолосый. – Поверьте мне, я уверен, что способен найти с дюжину, если придет необходимость.
– Адмирал Золотой Пик, позвольте представить Вам министра по особым вопросам Бернардуса ван Дорта, – с полным смирения и покорности судьбе голосом Медуза покачала головой и отвесила поклон вошедшему
– Мне бесконечно приятно встретить вас, мистер ван Дорт, – произнесла Мишель с тихой искренностью в голосе, крепко пожав его руку. – Из всего, что я читала и слышала, ничего из этого, – она окинула свободной рукой банкетную залу в жесте, включившем в себя все, в том числе и вещи за пределами стен, – не могло бы случиться без Вас.
– Я бы не стал забегать так далеко, адмирал, – начал ван Дорт. – Там также были…
– А я CТАНУ, адмирал, – Альквезар прервал собеседника, его тон и выражение лица были полностью серьезны.
– Как и я, – решительно сказала Медуза. Ван Дорт ощутил более чем маленькое неудобство, однако, было очевидно, что другие не собирались позволилить ему сорваться с крючка, если он продолжит протестовать, поэтому он просто кивнул головой.
– Еще несколько людей хотели бы встретиться с вами сегодня ночью, миледи, – обратилась Медуза к Мишель. – Я верю, что коммодор Лазло уже ожидает где-то рядом. Он – старший офицер Системного Флота Шпинделя, и, я уверена, у него имеется достаточно вопросов, которых он бы хотел обсудить с Вами. И еще, как минимум, полдюжины старших представителей политического истеблишмента Сектора ожидают своей очереди.
– Конечно, губернатор, – пробормотала Мешель, стараясь выглядеть польщенной.
Нет смысла протестовать. Она была поставлена Хумало в известность о приеме не терпящим возражений. Впрочем, несмотря на то, что она так и не поняла всей его логики, тем не менее сочла, что ей придутся по душе его последствия. Она была не просто живым доказательством серьезности намерений новоявленной Императрицы Сектора и ее правительства защищать его любой ценой, но близость к линии королевского – или точнее имперского – престолонаследия закрывала для нее возможность просто отсидеться на борту корабля. И поскольку насилие было неизбежным, оставалось только расслабиться и начинать получать удовольствие.
Она подумала, что уловила искру симпатии в глазах ван Дорта, когда Медуза отошла в сторону, но особый министр, отвесив поклон, предоставил ее своей судьбе.
* * *
– Лейтенант Арчер, позвольте вам представить Хельгу Болтиц, – произнес Пауль ван Шельд, и Жерве Арчер, развернувшись, встретился глазами с одной из самых красивых женщин, которых он когда-либо видел.
– Миз Болтиц, – произнес он, протягивая ей руку и улыбаясь, что на поверку не оказалось самой сложной вещью, что он когда-либо делал в своей жизни.
