— Нет, конечно, мы вышли покурить, и там он меня поцеловал, — на глаза у нее навернулись слезы. Странное дело, это вызвало у Дюваля неожиданный приступ жалости и сочувствия, хотя раньше за ним такого не наблюдалось. — Мы договорились встретиться ночью. Он должен был прийти ко мне тайком от всех, после того как я закрою бистро… если вы понимаете, о чем я… я прождала всю ночь, но он не пришел.
— Тайком от всех? — переспросил Дюваль. — Вы же оба взрослые люди, если вы хотели провести ночь вместе, вам не нужно было для этого прятаться, как пятнадцатилетним подросткам. Или я чего-то не понимаю?
Она боязливо оглянулась по сторонам.
— Вы ведь никогда не жили в таких местах, да? Этот остров — настоящая деревня. Здесь все знают всё и про всех, сплетничают, перемывают косточки, высмеивают. Если вы хотите нормальной личной жизни, вам следует держать ухо востро. Я не хотела, чтобы кто-то об этом узнал. Это никого не касается. Я была влюблена, понимаете? А Себастьен не хотел неприятностей с Теолье-ном. Когда Теольен ушел, мы надеялись, что и Ланваль тоже уйдет, но он сидел до последнего и глушил один стакан за другим. В результате Себастьен подхватил его под руку, и они ушли вдвоем. Себастьен подал мне знак, что отведет его в каюту и уложит спать… а я осталась, закрыла, как обычно, бистро, прибралась и стала ждать. Но он так и не пришел… — Алиса снова вздохнула. — Потом я отправилась в домик лесника. Я подумала, что он мне хотя бы напишет или позвонит. Почти всю ночь я не сомкнула глаз, ждала, но он не прислал ни одного сообщения и сам так и не пришел, — последние слова девушка произнесла практически шепотом. Из груди вырвалось рыдание, а в глазах заблестели слезы. Но она взяла себя в руки и продолжила: — Все это кажется мне ужасным. Я не почувствовала, что он был в опасности, что его убивали как раз в тот момент, когда я его ждала. Ведь я не спала. Я могла бы догадаться. Но вместо этого я, как идиотка, начала его подозревать, думала, не продинамил ли он меня после всех этих поцелуев… Если бы я только пошла за ним на корабль, а не в дом лесника… Не могу выкинуть это из головы. Я могла бы его спасти.
Она тихо заплакала.
Дюваль поискал в карманах носовой платок, но ничего не нашел.
— Не думаю, что вам удалось бы его спасти, — он заговорил неожиданно ласково и даже хотел назвать ее по имени. Это ее удивило. Да он и сам удивился. Она посмотрела на него красными от слез глазами и шмыгнула носом. — Если бы вы пошли на корабль, вы, как и Себастьен, скорей всего, были бы мертвы. Убийца просто заколол бы вас тем же ножом.
— Ну и что с того? — прорыдала она. В ее голосе гнев смешался с отчаянием.
— Алиса, успокойтесь. Вы ведь не хотите умирать, разве я не прав?
Дюваль решил, что сейчас самый подходящий вариант назвать ее по имени.
Она снова шмыгнула носом и всхлипнула:
— Нет, хочу.
— Я так не думаю, Алиса. Вы любите жизнь и хотите быть любимой, и будете, поверьте мне!
«Что я несу?» — подумал Дюваль. Но ведь он и правда так считал. Алиса взглянула на него блестящими от слез глазами.
— А как вы прошлой ночью спровадили Пата Мишле? — попытался вернуться к допросу Дюваль.
— Вы и об этом знаете?
Дюваль ничего не ответил, только развел руками: да, мол, знаю.
— Я сказала ему, что устала, что у меня болит голова и что он должен уйти.
— И он так легко повелся?
— Ой, я не помню, это заняло какое-то время, но он меня просто выбесил, я ждала Себастьена и хотела, чтобы Пат убрался до его прихода. Возможно, я была с ним не очень любезна. Пат — неплохой парень, но мне он совершенно не интересен. Спустя какое-то время он понял, что ему здесь ничего не светит.
— Он разозлился?
— Разозлился? — кажется, до Алисы только начало доходить. — Вы думаете, Пат Мишле мог?..
— Я ничего не хочу сказать. Я просто задаю вопросы и пытаюсь понять, что произошло вчера вечером.
Она кивнула и задумалась.
— Возможно, он разозлился. Нет, определенно разозлился. Даже обозвал меня динамщицей. Но я как-то даже не задумывалась об этом, пока вы не спросили.
— И он ушел последним?
— Да, — ответила она, немного подумав. — Но Пат производит впечатление добряка, может быть, грубоватого, но точно не головореза. И Себастьен не показался мне… То есть я хотела сказать, что даже если бы Пат приревновал, я не думаю…
Она не договорила, так как потеряла мысль.
— А Ланваль?
Алиса поморщилась.
— Жалкий тип, немного зажатый, он мне не понравился, но… я не хочу на него наговаривать, он мне просто не понравился.
— А он к вам приставал?
— Нет, — она задумалась. — Может, и хотел бы, но он даже глаза на меня поднять стеснялся. Он сидел там вместе со всеми, смеялся над идиотскими шутками, трогал нож. Но не более того.
— Нож Теольена? Тот самый, который вы нашли?
— Да, я его нашла.
— И как отреагировал Теольен, что вы его нашли?
— Он разозлился, что я дотронулась до ножа.
— Он что-нибудь говорил?
— Нет.
— Совсем ничего? Никаких объяснений? И даже не занервничал?
Алиса на мгновение призадумалась.
