Преодолев расстояние, разделяющее их, Рауля схватил вскрикнувшую от неожиданности Марию и поволок в противоположный угол, подальше от любопытных взглядов и шума.
– Ты улетаешь, Мария Канарис? – глухо бросил Рауль, обхватывая пальцами заплаканное лицо и вглядываясь в карие глаза, наполненные слезами. – Почему сначала даешь надежду, а потом отнимаешь?
– Рауль…
– Подожди! Дай договорю... Ты и так достаточно сказала и сделала! Ты думала, что я рассержусь из-за этих чертовых бумажек? А я был уверен, что девушка, которая смело села в машину незнакомца, храбрая!
– Рауль, а если однажды ты поймешь, что я не нужна тебе? – всхлипнула Мария. – Я не происхожу из уважаемой семьи, я не отношусь к твоему кругу и вряд ли смогу влиться в него. А ещё у меня совершенно нет денег. Даже для обычной поездки сюда мне пришлось откладывать несколько лет.
– Меня не интересует мнение других, – прошептал Рауль, аккуратно прикасаясь к приоткрытым губам, пробуя соленый вкус. – Я приехал только ради тебя, Мария! Я не буду, как безумец, кричать о своих чувствах и давать обещаний лишь для того, чтобы ты осталась. Это нечестно по отношению к тебе. Но, Мария, я ценю тебя и нуждаюсь в тебе. Очень сильно нуждаюсь. Ты нужна мне как друг, как муза, как смысл жизни, но я не стану лживо клясться в любви. Я приму любое твое решение. Просто знай, что для меня ты имеешь значение.
– Я останусь, Рауль! – Привстав на цыпочки, Мария обвила шею мужчины руками и крепко обняла его, словно пытаясь слиться с ним воедино, защититься от всех бед в его теплых объятиях. Рауль зарылся носом в шелковые волосы и вдохнул чудесный аромат. Он был прав! Она необходима ему, как единственная соломинка, за которую он цеплялся в надежде спастись и не утонуть в океане боли и горя.
Если бы Рауль на мгновение повернул голову в другую сторону, на секунду оторвался бы от плачущей девушки, то выстроенная с таким трудом мозаика вновь разрушилась бы на мелкие фрагменты. Роковая женщина из прошлого, Саманта Джеймс, находилась так близко, что один шаг – и Рауль мог бы коснуться его смуглого плеча. Она тоже не обращала внимания на стоящую за ее спиной обнимающуюся пару, сосредоточившись на наручных золотых часах, кажется, спешащих на несколько минут.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Ожившее прошлое
Особняк Дюмон, старинное и величественное мраморное здание в Монте-Карло, этим вечером блестел роскошью и красотой. Колонны, обвитые декоративными цветочными гирляндами, и украшенная фонариками и белыми шарами терраса постепенно заполнялась людьми. Вечер постепенно опускался на город, но из-за яркого освещения каждый гость мог тщательно разглядеть, одежды или прически других.
Рауль поправил галстук и посмотрел на Марию, стоявшую возле нее. К его удивлению, Кристина в мгновение ока нашла с ней общий язык, ошибочно приняв за его возлюбленную, а он не стал ее переубеждать, чтобы не создавать дополнительных неприятностей и проблем. На самом деле, он не знал, какое название можно было бы дать их с Марией отношениям. Они не влюбленная парочка, к тому же он, Рауль, не испытывал к ней этих возвышенных чувств, хотя и не мог отрицать того, что девушка стала ему по-своему дорога. Также он никогда не скажет, что к Марии Канарис его влечет из-за желания удовлетворить сексуальные потребности, хотя целуется она превосходно, распространяя жар по всему его телу. Но он не для этого привез Марию в их особняк и уговорил остаться пожить здесь... С ней было так спокойно и хорошо, к тому же она помогала Раулю передать воображаемую картину на лист бумаги, позируя ему как модель, при этом широко улыбаясь.
Модель… Нет, Мария Канарис, не была одной из тех стервозных и развратных девиц, позирующих на камеру ради славы и денег. Она другая, неиспорченная и невинная. То, чего так не хватало Раулю в городе соблазна и грязи. Как чистый алмаз среди бесполезных стекляшек.
– Почему все смотрят на меня? – покраснела Мария, нервно сцепив руки в «замок».
Рауль как ни в чем не бывало оглядел зал и, заметив, как подозрительно на них глядела пожилая женщина в розовом платье, приблизился к Марии, бережно обвив ее тонкую талию. Кристина не прогадала, когда одолжила испанке красное шифоновое платье, облегающее ее стройную фигуру и обнажающее хрупкие плечи. Она выглядела потрясающе, черт побери! А длинные золотистые волосы, красиво уложенные в высокую прическу, приковывали внимание к изящной шейке. Незаметный розовый блеск едва касался тонких губ девушки, а карие глаза, обрамленные густо накрашенными черными ресницами, смущенно опустились.
– Тебе кажется, – подбодрил ее Рауль. – Честно говоря, все смотрят на меня. Наверное, думают, что я и сюда явился пьяным, ведь у всех сложилось именно такое мнение обо мне.
– Тогда они глубоко заблуждаются, – слабо улыбнулась Мария, проводя кончиком пальца по его гладко выбритому подбородку. – Ты сегодня выглядишь великолепно.
