– Энрике, ты должен был спросить у отца, кто устраивает прием, черт побери! Я не хочу больше оставаться здесь! Немедленно иди и прикажи шоферу подготовить машину! Энрике, не возись с мобильным, а побыстрее иди!
Рауль резко обернулся, недоверчиво уставившись на находящуюся в двух шагах от него девушку. Её каштановые длинные волосы были убраны в высокий конский хвост, ни один локон не выбивался из аккуратно уложенной прически. Короткое черное платье, едва доходившее до бедер, открывало стройные и длинные загорелые ноги, подчёркивало аккуратную грудь, видневшуюся из-под дерзкого разреза в форме капли, и обтягивало плоский живот. Бриллиантовое колье и серьги-кольца придавали облику Саманты Джеймс королевское великолепие. Рауль обвел шокированным взглядом ее полные алые губы, вызывающие и искушающие, гладкую кожу без единого изъяна и… глаза. Глаза цвета проклятого виски. Они были обращены на мобильный телефон в ее руке, скрывая от него, какие эмоции в них плещутся.
– Саманта!
То ли тихий стон, то ли вздох сорвался с его онемевших уст, и девушка мгновенно повернула голову по направлению, откуда донеслось ее имя. Казалось, минуты растянулись, беспощадно замораживая секунды, не давая ему и моргнуть. Свежий уличный воздух превратился для Рауля в удушающую пытку, и он не сумел проглотить подступивший к горлу ком. Не было сил. Парализовало. Его тело отказывалось его слушать, а мозг – подчиняться. И почему стихла музыка? Рауль был готов поклясться, что до его слуха не доходило никаких звуков, будто мужчину оглушило сильнейшим ударом. Возможно, так и было... Судьба снова нанесла безжалостный удар, свергая противника наповал.
Однако самое ужасное заключалось в другом. В глазах стоящей напротив женщины на секунду промелькнула близкая для Рауля тень смятения, часто встречающаяся во взоре его Сэмми, но уже через мгновение они превратились в два холодных и прозрачных кубика льда, отражавших Рауля, бледного, ошарашенного и застывшего от шока. Вдруг она не узнала его? Нет, она не могла забыть его полностью, стереть все проведенные вместе моменты... Черт побери! Как у нее получилось забыть его, если он вспоминал о ней ровно столько же раз, сколько делал вдох? Как Саманта Джеймс могла оставаться спокойной и равнодушной, если Раулю казалось, что его без жалости бросили в какую-то холодную камеру, заперев в собственном подсознании, где властвовали призраки прошлого? Он и вздохнуть не мог, а она... молча развернулась, вздернула подбородок и ушла как ни в чем не бывало. Рауль попытался пошевелиться, погнаться за ней, но вместо этого пошатнулся, схватившись за край стола, дабы обрести равновесие.
– Он снова пьян! Бедный его брат! Когда-нибудь он пропьет и проиграет все его состояние, – был слышен где-то рядом противный писклявый шепот, тем не менее, Рауль направил все силы на то, чтобы вздохнуть. И у него вышло со второй попытки. Приложив максимум усилий, Рауль приоткрыл рот, глотая свежий воздух и выдыхая.
– Рауль, тебе плохо? – Сильная рука неизвестно откуда взявшегося брата обхватила его за талию, и он благодарно облокотился на него, силясь привести в норму сбившееся дыхание. – Рауль, я все видел, и…
– Ты тоже видел ее, братишка? – прохрипел он. – Значит, я не сошел с ума? Это же была Сэмми, правда?
– Я не знал, Рауль! Кристина сама составляла список гостей, приглашая всех моих друзей и партнёров! Черт! Я понятия не имел, что будущая невестка семьи Вальдес… – начал Адриан, однако Рауль перебил его, ошеломленно глянув на брата.
– Ничего не говори мне, Адриан!
Что он сказал? Саманта – будущая невестка семьи Вальдес? У нее есть другой мужчина? Конечно, за такой долгий период времени она наверняка встречалась с сотнями представителей сильной пола. А почему бы и нет? Он, Рауль Дюмон, иногда появлялся на страницах газеты в объятиях других женщин и не таил, что спал с ними, но Саманта?.. Разум Рауля принимал поступившую информацию, однако переварить ее у него не получалось.
– Комната, – сипло пробормотал Рауль. – Я хочу в свою комнату! Хочу побыть один и... не пускай ко мне в спальню никого! Серьезно, не иди за мной!
Отстранившись от Адриана, Рауль на негнущихся ногах, пошатываясь, как последний пьяница, еле-еле поплелся к выходу из гостиной, игнорируя и перешептывания гостей, и отдаленные крики Марии и Кристины, на ходу развязывая и выбрасывая галстук, а после – пиджак. Душило. Все его душило. Абсолютно все: одежда, атмосфера, чертовые воспоминания. И лишь одна мысль пульсировала в воспаленном рассудке.
Неужели она не узнала его?
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Лицом к лицу
Холодные струи воды не помогали избавиться от напряжения, сковавшего каждую клеточку тела Саманты, обостряя ощущения и тревожа нервные окончания. Она не помнила, сколько уже находилась в душе, но охватившее ее волнение отказывалось отпустить девушку.
