– Я знаю, Альдим, но…– Инкритий отказывался сдаваться: – то место, в другом регионе… я был там много раз, в том месте океан свиреп, но его можно обуздать.
– Да услышь ты себя, глупец! – Альдим отошел от своего старого друга, который просил о намного большем, чем Альдим мог предоставить. – Буйное море – это гибель, игра со смертью! Ты выиграл три раза, но проиграл в четвертый – оставь эту идею. Друг, я молю тебя! – Альдим вновь подошел к Инкритию и положил руки ему на плечи: – Мы найдем средство. Я написал королю. Разведывательные группы уже отправлены по всему квадросоюзу, и они ищут нужное лекарство – дай им время.
– Да нет у нас времени! – Инкритий дернул свое тело назад и сорвал с себя руки Альдима. – Его нет! Прошло уже 4 недели – пилюли скоро закончатся, а новостей все еще нет, лекарства все еще нет! А я знаю где оно и сижу на месте!
Зловещая тишина поглотила комнату знаменитого мечника севера. Альдим не раз побеждал превосходящих его в силе врагов, сражался в самых кровопролитных сражениях и по праву считался сильнейшим мечником всего южного побережья, но победить в этом бою ему было не под силу.
– Ты погубишь себя, Инкритий, – тихо сказал Альдим, глядя на друга. – Кто будет растить Эпсилона?
– Не смей говорить о нем! – ярость поглотила Инкрития целиком. – Он считает тебя героем, а ты жалкий трус, обрекший его мать на смерть! Я найду корабль с тобой или без тебя! Мне плевать! Я спасу жену, даже если понадобится отправиться в ад.
Инкритий сделал несколько шагов назад, развернулся спиной к Альдиму и вышел за пределы приемной, резко закрыв за собой дверь.
– Да, я жалкий трус, – сказал Альдим, стоя по середине комнаты, тускло освещенной догорающим камином. – Но ты все еще мой лучший друг.
Инкритий шел по ночному Ландау и боялся возвращаться домой. Анна чувствовала себя хорошо: она наконец вновь могла спать по ночам и играть вместе с сыном в салки, резво забираясь по круто расположенной дороге, ведущей в верхний город так же, как и в день их первой встречи. Инкритий боялся, что это краткосрочное счастье развеется, как развеивается мираж истощенного моряка, заблудившегося в море. Спустя четыре недели поисков корабля и команды он окончательно отчаялся, ведь даже самые суровые капитаны отказывались от предложения, только услышав фразу «Буйное море». Последняя надежда, не увядающая в его сердце, была на старого друга Альдима, отказавшего ему в просьбе и окончательно уничтожившего его веру в спасение. Знаменитый картограф, гордость страны и великий ученый упал на ступеньки захолустного бара, ударившись в слезы. Беспомощность разрывала его изнутри, словно щенок посреди моря, без шанса на спасение, Инкритий не знал, что ему делать, и не мог смириться с судьбой. Одна идея, лишь одна крутилась в его голове. Один человек на всей планете, худший из всех, мог ему помочь, тот, кто не боится Буйного моря, единственный, кто его приручил. Инкритий встал с грязных ступенек, вытер слезы и направился к южным воротам города. По пути он пытался отговорить себя, но отчаянье взяло верх, и он смело двинулся к месту, которое, считал, не посетит никогда.
Темной летней ночью в сопровождении пьяных музыкантов имеющий дурную репутацию бар «Шельма» вновь приветствовал своих посетителей, имеющих славу не лучше, чем у своего любимого заведения. Алкоголики и любители азартных игр, шлюхи и наркоманы – «Шельма» приглашала всех. Городская стража часто посещала этот квартал Ландау по причине его криминальной ауры, но радикально повлиять на ситуацию не могла, так как любой законопослушный человек и примерный семьянин днем, любил захаживать в данный квартал ночью, чтобы отведать запретной любви за парой кружек горячительного.
