– Мы выбрались, но второй корабль развалился на куски, проваливаясь в центр воронки. – Сухие губы моряка потрескались в уголках после встречи с соленым морем, жажда
изнуряла пленников, но воды поблизости не было. – А потом появились они. – Матрос подошел к клетке и бросил взгляд на дверь трюма. Ослабленный и раненый, матрос говорил очень тихо, но даже того хватало, чтобы услышать переполняющую его злость: – Пиратские корабли сделаны на Банкоре, и, даю голову на отсечение, эти шлюхины дети заключили сделку с дьяволом в прямом смысле и теперь поставляют им корабли. Этот корабль, – он несколько раз пнул клетку и топнул по полу, – быстрый, как выстрел из пушки, и манёвренный, как лиса на поле. Он догнал нас за считанные секунды и разбил пушечными ударами, а дальше деваться было некуда: либо сдохнуть в воде, либо попытаться спастись на их шлюпках. И вот мы, собственно, здесь.
Бородатый моряк посмотрел на Инкрития и подошел к нему вплотную:
– Так что скажете, капитан, как же мы будем выбираться?
Толпа вновь обратила свой взгляд на капитана. Надежда и вера, витавшие при появлении капитана, словно волны, давили на Инкрития.
– Я…я…, – взгляд Инкрития быстро бегал от моряка к моряку, а мысли никак не собирались воедино, – я думаю, – очень неуверенно начал Инкритий, – они сказали, что нас доставят к Мелеху…
– К Мелеху?
– Это Морской Дьявол!
– Он не человек. Я слышал, что он демон!
– Нас всех прикончат!
Все это раздавалось в клетке обречённых моряков.
– Нет, нет, успокойтесь! Я поговорю с ним. Если бы нас хотели убить, убили бы сразу.
– Они уже убили кучу народу! – со злостью сказал один из пленников.
– Но мы живы! – Инкритий подошел к сидевшим у стены выжившим. – Друзья, я уверяю вас, больше никто не умрет. Скорее всего, им нужен выкуп. Они знают, кто я и откуда, знают, что Ландау – богатый город. Увидели нас в море и пленили, рассчитывая на выкуп. Альдим Уоррел не бросит нас. Запомните, никто больше не умрет! – слова Инкрития звучали уверенно, в отличие от его мыслей. «Я понятия не имею, что будет дальше».
Народ воспрял духом, услышав своего капитана. Ожидавшие спасения, они смиренно ждали судного часа.
……………………
Время тянулось, словно мед, утекающий с ложки. Моряки сбились со счета прожитым дням. Солнечные лучи, не проходившие сквозь грозовые облака, не имели и шанса попасть в трюм. День и ночь окончательно перемешались, сбивая моряков с толку. Им выдавали немного еды с пресной водой, благодаря чему страдания не прекращались голодной смертью. Наконец, с палубы раздалось заветное:
– Швартуйтесь быстрее, чего встали!
– Кажется, мы пришли, – раздался чей-то голос в темноте.
– Да, видимо, да, сколько мы были в пути? Я насчитал три дня.
– Какие еще три? Пять, не меньше, – раздался еще один сухой голос из темноты.
– Нееет, я думаю, четыре или пять дней.
– Капитан, а что вы скажите, – Люпус обратил внимание на смотрящего в одну точку Инкрития. Ему казалось, что он совсем не смыкал глаз. Все время, что они провели здесь, ученый, словно статуя, находился в одной бездвижной позе.
– Да, пять, ровно пять дней, – спокойно сказал капитан, чтобы не пугать свою команду.
Вдруг трюм открылся. Тусклый свет, ударивший морякам в глаза, заставил их поморщиться и закрыть лицо. Инкритий, слегка приоткрывая веки, рассмотрел того самого мужчину, спасшего его из воды.
– Ты, – светлоглазый пират показал на капитана, – и ты, – добавил он, повернув палец на Люпуса, – идете со мной: с вами хотят поговорить.
Инкритий и Люпус переглянулись, на секунду остановив взгляд. Капитан кивнул, глядя на помощника, после чего они последовали за пиратом. Выбираясь из трюма, они ощущали, насколько сильно были обессилены мышцы, буквально отказывающиеся сокращаться и двигать слабое тело, привыкшее к сидячему положению в клетке. Каждая ступенька, словно многокилометровый марафон, давалась с огромным трудом. Выбравшись из трюма, они ощутили ударивший им в глаза свет, тусклый и без какого-либо намека на солнце, тем не менее и его хватило, чтоб полностью ослепить моряков.
– Сколько мы плыли на самом деле, капитан? – спросил Люпус, растирая глаза
– Тринадцать или четырнадцать дней. Воздух меняется ночью в Буйном море. Как я и предполагал, его влажность абсолютно другая, благодаря чему можно вести счет дней, даже не ориентируясь на солнце.
– Хм, неплохо, – Пират обернулся, услышав рассуждения пленников, и восхищенно глянул на Инкрития. – Четырнадцать, пришлось еще заехать кое-куда. Видимо, не зря адмирал приказал тебя привести сюда.
Протерев глаза, Инкритий осмотрелся: их окружали десятки кораблей самых разных классов, на фоне которых, словно гигантская гора, красовался огромный, многоэтажный боевой фрегат.
– Нравится? – светлоглазый незнакомец гордо выпрямил грудь, заметив интерес ученого к кораблю. – Это «Колосс», флагман Армады. Нет в мире корабля быстрее и сильнее этого. Дуэль против него равна смерти, даже Элеонорский «Титан» не выстоит против него.
