Шторм света полностью

А что насчет твоей матери?

У меня нет матери, – говорит Ниа.

Мрачные слова светятся на темном экране; эта фраза лишена интонации, но Кэмерон все равно чувствует печаль Ниа.

Мне жаль.

О маме отец тоже никогда не рассказывает.

Кэмерон ловит себя на том, что кивает. Хоть он и не знает всех подробностей, перед ним уже вырисовывается портрет жизни Ниа, и она не слишком отличается от его собственной. Потери, тайны, одиночество – звучит знакомо.

Слушай, когда я снова тебя увижу? – спрашивает Кэмерон, а уже в следующую секунду глаза у него округляются.

На экране появляется фотография, на ней запечатлена Ниа. Ее волосы распущены и ниспадают по плечам – по голым плечам – двумя неуправляемыми волнами. Она похожа на морскую нимфу с картин кого-то из прерафаэлитов, так что Кэмерон ничего не видит, и в то же время его взгляду открывается достаточно: соблазнительная полоска молочно-белой, идеально гладкой кожи, проглядывающая между двумя пышными рыжими каскадами, и округлость, прикрытая волнистыми прядями, предположительно грудь.

– О, боже мой, – говорит Кэмерон, чувствуя, как краснеют щеки. – Соберись, старина.

Смотри, сколько хочешь, – написано под фотографией.

Я предпочел бы увидеть все это лично, – отвечает Кэмерон, потом добавляет подмигивающий смайлик, чтобы его ответ не посчитали давлением, а Ниа поняла: это шутка, хотя на самом деле он вовсе не шутит.

Может быть, когда-нибудь.

Кэмерон чувствует: Ниа с ним играет. Он не против, ему нравится участвовать в этом.

Как в тот раз, в школе? Или в музее? Что ты там делала?

Я ведь уже говорила: искала тебя.

Целую секунду Кэмерон сомневается в этом, но последнее предложение звучит так головокружительно прекрасно, что он отбрасывает сомнения прочь.

Выходит, ты меня преследуешь.

Мне пришлось бы проделать это по крайней мере трижды – только тогда мои действия можно было бы расценить как преследование.

Вообще-то Кэмерон не против стать объектом преследования, если в роли сталкера выступит Ниа. Он ведь даже не знает, когда снова ее увидит. Их встречи происходят абсолютно спонтанно. Взять, к примеру, случай в музее: спустя всего несколько дней после их встречи в школьном коридоре он едва не столкнулся с Ниа во время игры «охота за предметами», проходившей в последнюю неделю учебного года в Кливлендском художественном музее. Он совершил ошибку, сделав геопривязку фотографии к карте, после чего его сверхполезные умные линзы предупредили его о приближении группы фанатов: банда юных девчушек-подростков обменивалась восторженными сообщениями, дескать, Кэмерон Акерсон, знаменитый парень, которого поразила молния, только что был замечен возле зала, в котором размещена экспозиция доспехов. Кэмерон поспешил спрятаться, бросился бежать, чтобы оторваться от группы девочек, и юркнул в полутемную комнату, освещенную установленными на стене неоновыми трубками. В комнате находился всего один человек, девушка, и, когда она обернулась, Кэмерон едва не вскрикнул от неожиданности: это была Ниа, она мягко улыбалась ему в свете неона.

– Привет, – промямлил он.

А потом… когда он впоследствии вспоминал ту встречу, то невольно кривился от досады. Потом Кэмерон широко взмахнул рукой, изобразив нечто вроде зажигательного танцевального движения – до чего же дурацкий вышел жест! Он полностью похоронил возможность подойти к Ниа, обнять ее, поцеловать – да хотя бы хлопнуть ее ладонью по ладони! Вместо этого они обменялись несколькими запинающимися фразами, вроде «привет» и «как дела?», после чего его приборы начали фиксировать шквал сообщений «ГДЕ ЖЕ ТЫ» от его друзей.

– Черт, мне нужно идти. А ты не могла бы пойти со мной? Я мог бы тебя представить…

Ниа так ожесточенно затрясла головой, что Кэмерон поневоле обиделся.

«Она что, стесняется показаться вместе со мной на людях?»

– Я не могу. Я и так уже слишком долго отсутствую. В другой раз, – проговорила она и выскочила за дверь, прежде чем Кэмерон успел спросить о причинах такой спешки. Остаток дня Кэмерон провел, мучаясь желанием написать ей сообщение – Жако всегда твердил ему, что не следует набиваться к девчонкам в компанию, ибо никто не любит навязчивых парней. И все же уклончивость Ниа его нервирует: не только потому, что она ему безумно нравится, но главным образом потому, что Кэмерон видит: он ей тоже нравится.

Сегодня суббота, – пишет он. – У тебя есть планы на вечер? Я собираюсь на вечеринку.

Звучит заманчиво, – пишет Ниа.

Ты тоже могла бы пойти.