На хорнов это произвело совершенно охренительное впечатление. Какое-то время они вообще все стояли молча, ошеломленно наблюдая за выкрутасами Волкова. Их и мое-то появление несколько озадачило, а уж такие штуки…
– Ма Той, построй всех на палубе.
Команда – и личный состав отряда выстроился в две шеренги.
– Вы все видели, что может человек, который ничего не боится! Можно прыгнуть с большой высоты – и обрушиться внезапно на палубу вражеского корабля, который ничего не сможет этому противопоставить. И захватить его в честном бою! И я спрашиваю каждого из вас: готовы ли стать такими воинами?!
Молчание…
Стоят, переваривают в головах такое неожиданное предложение.
Внезапно весь строй дрогнул, и хорны опустились на правое колено. Вскинули обе руки над головою, направив их в мою сторону.
– Гаор! Ма фай тон!
Стоящий за моим плечом Павловский переводит.
– Они присягают тебе лично. И кладут свои сердца к твоим ногам.
– То есть?
– Такая клятва, по их обычаям, не может быть расторгнута ни при каких обстоятельствах. Отныне никто из них более не связан со своим родом, и их жизнь теперь начинается заново.
– А если меня грохнут где-нибудь в схватке? Как я их прежнего командира?
– Ты теперь не просто командир! Они пойдут за тем, кого ты укажешь. Так что уж, будь любезен, не позабудь это сделать заранее!
Наклоняюсь к Ма Тою и кладу руки ему на плечи.
– Принимаю вашу клятву! Вы будете первыми хорнами, которым покорится еще и небо!
Вечером того же дня мы со Слоном сидим в кабинете комполка. Помимо Седого там присутствуют еще двое гостей: генерал-майор Крылов и полковник Харченко из ФСБ. Впрочем, гости вели себя вполне тактично и своего мнения не навязывали, время от времени вставляя в разговор свои комментарии.
Начал генерал.
– С настоящего момента все, что связано с вашим подразделением, является особо охраняемой государственной тайной. А лица, здесь присутствующие, – секретоносителями соответствующего уровня. Попрошу всех поставить свою подпись…
Одной бумагой больше, одной меньше… – ставлю свою закорючку.
– Весь проект отныне именуется операцией «Ястреб». Само собой разумеется, что даже внутри части об истинном положении дела будет знать весьма ограниченный круг людей.
– Товарищ генерал-майор! – приподнимаю я руку.
– Слушаю вас.
– Есть ли смысл настолько уж ограничивать хорнов в общении? С внешним миром – не спорю ни секунды. А вот с будущими сослуживцами? Нам ведь вместе в бой идти!
На лице гостя появляется заинтересованное выражение.
– Ну-ну… продолжайте…
– Как я понимаю, у нас появился шанс в будущем перетянуть на свою сторону не только этих бойцов? Ведь, как пояснили нам знающие товарищи, тут есть определенная закавыка…
Таковая имелась – и весьма неслабая! С момента принесения подобной личной присяги любой, сказавший такие слова, умирал для своего рода. Над ним были не властны более никакие прежние обычаи и традиции – за исключением традиций нового рода. Насколько мы уяснили, подобные случаи в истории того мира можно было сосчитать по пальцам двух рук. И каждый раз это являлось следствием какой-нибудь выдающейся победы какого-нибудь удачливого капитана. Иногда в результате такого поступка рождались новые кланы или роды. Иногда это оканчивалось большим побоищем, после которого не оставалось и следа присягнувших. Не всем по душе появление новой силы, ломающей устоявшийся порядок.
Но формально никто ничего не нарушал. Это тоже обычай, хотя и стоявший несколько особняком. Да, ты лично имеешь право присягнуть кому угодно, отказавшись тем самым признавать над собой власть рода и его традиций. Тебя будут уважать – но не более того! Уважать за личную храбрость. Но это вовсе не значит, что тебя не могут убить в бою. Выпендрился? Держи ответ… доказывай свое право на выпендреж! В том мире признавалась власть сильного. Или нескольких сильных…
Выслушав мои доводы, Крылов задумался.
– В этом есть определенный резон…
– Так ведь тренировать-то их тоже будут наши, – усмехается комполка. – От них ничего не скрыть… сами же знаете, кого мы сюда отбирали!
– Да уж, – неожиданно улыбается Харченко, – ваш Особый отдел будет просто в восторге от таких перспектив! Добавили вы им работенки! Впрочем, мы их усилим. Переведем несколько опытных оперативников… ну и вообще поможем.
– Так! – резюмирует комполка. – Над этой стороной вопроса надо хорошенько подумать! Спешить не станем… Капитан, у тебя еще что-то есть?
– Три вопроса. Первый – надо их всех по языку подтягивать.
– Это решим, – кивает генерал. – Уже завтра сюда прибудут соответствующие специалисты с необходимой аппаратурой. Даже и во сне этот процесс прерывать не будем.
– Это хорошо! Второе – нам бы инструкторов хороших…
Седой подозрительно на меня смотрит.
– Ну-ну… И кого ж тебе надобно?
– Стрелять – это я их и сам натаскаю. Взрывать… ну, на первое время тоже потяну. Якупова бы нам… У них рукопашка и ножевой бой сильно в почете! Ну и остальных – чтобы на соответствующем уровне!
Полковник только усмехается.
– Ладно… это мы решим. Что дальше?
