– Вот ваш выбор, вот и цена вашего выбора. Он ваш и только – не мы делаем его за вас. Мы выбираем путь нормальных отношений – вы ведёте себя как твари. Мы ведём себя так же – вы ноете и скулите. Но теперь мы можем предложить только это, только лишь это… И нет, нормальные мирные жители не пострадают… Я так думаю, хе-хе. Однако любое прегрешение, на которое мы раньше могли закрыть глаза, если не случилось нам урона, сегодня мы прощать не будем. Вы посеяли ветер, а теперь пожнёте бурю. Будет больно, ублюдки!.. С вами был в прямом эфире всегда ваш, всегда великолепный диджей Хьюз. До встречи на радиоволнах Кувейта и на улицах Кувейта. И мелодия в тему. Лени, врубай!..
…Мне не нужно твое прощение, Мне не нужна твоя ненависть, Мне не нужно твое одобрение, Так что же мне делать? Мне не нужно твое сопротивление, Мне не нужны твои молитвы, Мне не нужна твоя вера, Мне ничего от тебя не нужно.
Я не сделаю то, что обещал. Твою мать, почему ты просто не отвалишь?
Сдохни, ублюдок, сдохни! Сдохни, ублюдок, сдохни! Сдохни, ублюдок, сдохни! Сдохни, ублюдок, сдохни!..[19]
Я к чёртовой матери вырубил надрывающуюся хриплым голосом и тяжёлыми гитарными ритмами рацию – никакого желания и дальше слушать этого психопата у меня не было.
– Позитивная песенка, – произнёс Си Джей. – Добрая такая… Прям помереть хочется от умиления.
– «Стражи» реально рехнулись, – мрачно уронил Дойл. – Напрочь и бесповоротно. И даже если Коннорс не двинулся вместе с ними, то он явно в курсе этого беспредела. А значит, замазан этим дерьмом ровно настолько же.
– Диджей Хьюз… – проворчал Юрай. – Маньяк долбанутый… Встретиться бы с ним да потолковать хорошенько…
– Найдёшь этого урода – не трогай, он мой, – буркнул я. – У меня непреодолимое желание размазать этого сумасшедшего сукина сына ровным слоем по всему Кувейту.
Где-то не слишком далеко раскатился грохот выстрела из чего-то тяжёлого, но не слишком. Примерно пятидесятый калибр – скорее всего крупнокалиберная винтовка. Потом ещё один выстрел. А затем, после секундной паузы, воздух разорвал грохот пальбы из пары десятков стволов.
– Кому-то весело, – хмыкнул Си Джей.
– А кому-то не особо, – заметил Юрай. – Надо бы… О! Садж, эфир – седьмой канал.
Я переключил рацию, и до меня сквозь грохот близкой перестрелки донёсся чей-то хриплый голос:
– …Твою мать! Меня кто-нибудь слышит? Это Махоуни! Мы под атакой «стражей»! Нужна помощь, срочно!
– Махоуни?! – присвистнул снайпер. – Тот самый?
– Тащите свои ленивые задницы сюда, засранцы! СРОЧНО!
В моей голове пронёсся ураган мыслей и логических выводов. Довольно незамысловатых по большей части.
Нужно было каким-то образом найти одного человека в разрушенном городе? А вот и он! На него напали? Ну, мертвый он для нас будет практически бесполезен. Так что…
– Вперёд, – скомандовал я.
Мы прошли через заброшенный и практически полностью погребённый под слоем песка палаточный городок, разбитый подле нескольких многоэтажек. Двигались сейчас мы на северо-восток – в глубь города. Опасно, спору нет, но надо было срочно найти агента, пока он не свалил куда подальше… На тот свет, к примеру.
Обогнули одно из зданий, завернули за угол, поднялись по широкой лестнице… Звуки выстрелов слышались всё ближе и ближе.
Буквально за полуобвалившейся стеной – совсем рядом, громыхнул выстрел из винтовки. Послышалось несколько не слишком разборчивых команд на английском.
Мы быстро рассредоточились и затихли.
– «Стражи», – одними губами произнёс я.
Убрал винтовку за спину, достал пистолет, прикрутил глушитель. Если честно, эти манипуляции начинали меня уже порядком напрягать. Но с глушителем пистолет особо не поносишь, а если есть возможность сработать тихо, без лишнего шума и пыли – всегда лучше сработать именно так.
На мгновение высунулся из-за угла, спрятался обратно, вскидывая пистолет и прокручивая в голове увиденное.
Что-то вроде балкона или козырька здания. За парапетом засела снайперская пара – стрелок с крупнокалиберным «барретом» и корректировщик… Судя по всему, слишком увлеклись уничтожением целей, раз позабыли про тылы. А значит, сейчас должно последовать наказание…
Быстро высунулся и сделал два точных выстрела. С расстояния метра в четыре промахнуться лично для меня по неподвижным целям было чем-то вроде преступления против логики и человечества.
Снайперу, голову которого защищала лишь куфия, сделанная из куска камуфляжной ткани, пуля разворотила затылок. Солдат завалился на бок, выпуская из рук тяжёлую винтовку, которая ударилась прикладом о бетон козырька, но осталась стоять на сошках.
Второй номер пару раз дёрнулся было, но ударившая в шею пуля опрокинула и его. На корректировщике была каска, так что, целясь в шею, я слегка слажал и не убил противника первой пулей.
Быстро проскользнул вперёд, добил хрипящего раненого ещё одной пулей в шею и засел за парапетом. Дважды стукнул по микрофону рации, подавая сигнал на выдвижение.
Провёл рекогносцировку.
