— Спаси меня боги, вы о ком? — весьма хладнокровно уточнила достойная супруга.
— Этот, мелкий, как его… дрессун. Ну, ты, дорогая, докатилась. Ниже только погонщики ослов!
— Никогда! Ослы без титула для меня не существуют! — гордо и бесстрашно заявила герцогиня.
— Сейчас ударю! — зарычал супруг. — Ты меня знаешь! Где он⁈ Сверну его тощую шею и успокоюсь. Меня это всегда успокаивает. Ну? Или сейчас сама получишь!
— Только не по губам! Сам потом пожалеешь, — предупредила герцогиня, пятясь от взбешенного супруга.
— Последний раз спрашиваю — ГДЕ ОН⁈
— Да не знаю я! Честно.
— В смысле? — удивился герцог. — Не знаешь, где прячется? Он что, маг? Шпионил? Сейчас я тебе к-как наподдам по тугой холеной жопе… Маг-шпион, это тебе вообще не забава.
— Эрни, не сходи с ума. Не знаю, про кого ты говоришь, но с магами я даже в принципе утешаться не стану. И тебе это хорошо известно! Что еще за отвратительная фантазия⁈
— Ну.… Ну, допустим. Хотя от такой разнузданной особы…
— Я только для вас разнузданная, Ваша Светлость, — проворковала герцогиня, демонстрируя безупречный профиль и высоко вздымаемый взволнованным дыханием бюст. — Исключительно для вас. Иду на жертвы, вымаливаю жалкие мгновения вашего внимания. Хотя бы беглый взгляд, краткий миг, ничтожный шанс пасть к вашим ногам, запрокинуться пред суровым властным взглядом…
— А тут кто-то не на шутку пылает, — отметил опытный супруг. — Так хорош этот карлик оказался? Даже любопытно. Где он? Обещаю удавить быстро и безболезненно. По возможности. Давай его сюда.
— Как я могу дать непонятно кого, находящегося непонятно где? — надула и так пухлые губы герцогиня. — Можешь меня обвинять в чем угодно, извалять во лжи и абсолютно безосновательных подозрениях, но я всегда давала тебе то, что ты хотел. Ты этот будуар знаешь не хуже меня. Тут разве что хомячка спрятать можно.
Герцог подошел к основной двери, стукнул в нее сапогом:
— Да нет, я же ее снаружи запер. И как это понимать?
— Не знаю, — честно призналась благородная развратница. — Действительно странно как-то вышло. Сам знаешь — проявления твоей дикой и оскорбительной ревности меня не оставляют равнодушной. Особенно когда вы, Ваша Светлость, душите ни в чем неповинных глупеньких несчастных. Это впечатляет. И весьма волнует. Но если он вдруг куда-то делся, что я могу поделать?
— А куда он делся? Это гнездышко было таким надежным, и лично у меня не имелось сомнений… — обеспокоился герцог.
Супруги глянули за шторами, вместе выглянули в распахнутое окно — высота до земли изрядная, стена гладкая, на камнях двора тела не обнаружилось.
— Нет, это странно, — пробормотал герцог. — Слушай, мне это вообще не нравится. Нужно его найти. Комедианты, актеришки, они вообще люди сомнительные.
— Да куда он денется? Найдется, — прошептала супруга, ласкаясь щекой об ухоженную герцогскую бороду. — И у нас есть пыточный подвал. Давай чуть отложим? Я подам юноше надежду, почти спасу несчастного, а ты будешь безжалостен. Пусть красавчик хорошенько ужаснется напоследок.
— Вот ты шлюха, — завздыхал герцог, теснее обнимая точеную талию игривой супруги.
— Сам распутник. Кто не дал мне попытать ту тщедушную авантюристку? Ты с годами стал сантиментален, да, Эрни?
— Я не был с ней в любовной связи. Ну, разве что частично. Там вообще другое, ты не понимаешь. И вообще она сама убежала, я тут ни при чем. Если поймают, отдам тебе, не посмотрю что она лечить умеет, — пообещал супруг, начиная сглатывать слова и тесно, нетерпеливо маневрировать.
— Ах, отдай, — герцогиня весьма искренне замурлыкала, голова ее склонялась, поток многоцветных кудрей начал мести подоконник…
Укс стоял ровно на один свой рост выше подоконника и благородной, не в меру страстной пары. В решительный момент явления герцога-ревнивца скользнуть наружу, взобраться по распахнутой решетке окна, и выпрямиться на узкой полоске верхней рамы из кованого металла было несложно. Вот дальше возникла небольшая проблема — до крыши и верхней башенной площадки было не так далеко, но стена уж слишком гладкая, с хорошо замазанными швами. Взбираться по такой даже бывшему крылатому дарку — дело рискованное. Впрочем, разговор у окна был интересен, стоило чуть задержаться. Но вот теперь благородные господа могли бы и на диван перейти — отличный же предмет мебели, это Укс и сам был готов подтвердить. Герцог — мужчина здоровый и крепкий, в раж войдет, так и башню раскачает. Вон — решетка уже подрагивает. А чего ему и не возгореть с такой темпераментной супругой? Сохраняют и поддерживают свежесть отношений, чтоб им, благородным шмондюкам… А слухи об импотенции специально распускают, мерзавцы этакие. Сейчас стряхнут с решетки, тут и к Логосу не ходи, а вниз лететь далековато…
Слегка взмокшую макушку Укса что-то слегка задело — эквилибрист осторожно задрал голову — над откосом башенной стены торчало нечто круглое, элегантно мерцающее на фоне темнеющего неба. Башка Лоуд. А по голове зависшего напарника постукивает кончик спущенной веревки…
