После внезапной смерти мужа Карина с двумя детьми переезжает в другой город. Увлекательная работа и поддержка психолога помогают девушке прийти в себя и начать жизнь заново. Страхи отступают, и в её мир постепенно возвращаются краски.Она хотела жить спокойной, размеренной жизнью и старалась не привлекать к себе лишнего внимания, но заинтересовала его – взрослого мужчину с холодным, словно безжалостная сталь, взглядом.Удастся ли Карине не сломаться под давлением его монолитного характера?..Устоит ли железная воля полковника перед искушением жёстко подчинить недоступную молодую вдову?..
– Я хочу взглянуть, – через тупую боль в грудной клетке, хрипло выдавил темноволосый мужчина.
В попытке скрыть волнение он с силой стиснул в отяжелевших руках барсетку, красные глаза на блестящем от пота лице сверкнули безумием.
Все без исключения клетки его напряжённого тела лихорадило. Волнуя мужчину. Будоража. Возбуждая в нём болезненное сознание.
От неприятного удушающего запаха, заполняющего буквально каждый кубический сантиметр помещения, его мутило, вынуждая морщиться. Отчего привлекательное мужское лицо искажалось, вмиг становясь уродливым.
Он старался взять себя в руки. Пытался совладать с собой. Подчинить рассудку вышедшие из-под контроля эмоции и непослушное тело.
Бесполезно.
Он должен лично удостовериться, что здесь именно
И учиться жить заново… Без
– Вы уверены? – густые седые брови врача-патологоанатома, сидевшего за небольшим письменным столом напротив, поползли на лоб.
– Мне нужно на него посмотреть, – настоял мужчина, чётко разделяя каждое слово.
– Что ж, – вскинул подрагивающие руки врач, обнажая на крепком запястье шикарные золотые часы с ремешком из натуральной кожи. – Пойдёмте.
Мужчина медленно поднялся со стула и, пристроив на стол барсетку, на ватных ногах направился следом за врачом.
В коридоре с облицованными бежевой плиткой стенами запахи бальзамирующих веществ и дезинфектантов усилились. А возле зала для прощания к ним присоединились ещё и ароматы цветов вперемешку с материалами для погребения. Перед глазами мужчины замельтешили чёрные мушки, уши будто заложило ватой, предвещая обморок.
Каждый стук каблука, начищенных до блеска ботинок приближал его
Мужчина ускорил шаг. Его неотвратимо тянуло вперёд, где в одной из холодильных камер «ждал»
Внезапно фигура патологоанатома в голубом рабочем халате скрылась за поворотом, и мужчина уверенно повернул следом. В лицо дохнуло могильным холодом, но он этого словно не заметил: застыв при входе в просторный кассетный холодильный модуль, он неотрывно наблюдал за врачом.
Патологоанатом приблизился к стройным рядам из стальных дверей. После чего довольно быстро вычислив нужную, ухватился за ручку и, потянув на себя, беззвучно распахнул дверцу.
От увиденного в глазах мужчины потемнело. Дыхание перехватило. Бурный приток адреналина подчинял его, не давая и шанса унять оглушающий, просто бешеный пульс крови.
Единое плавное движение рук врача, и из камеры по транспортировочным рельсам выехало тело, накрытое белой простынёй.
Мужчине на миг показалось, что оно… живое… В груди стало нестерпимо горячо. Он шагнул ближе, присматриваясь. Но светлый холм человеческого тела оставался по-прежнему неподвижным.
– Всё нормально? – забеспокоился и без того неспокойный патологоанатом. Это немного привело мужчину в чувство. Однако его хватило лишь на то, чтобы коротко кивнуть.
Помедлив, врач раскрыл труп.
Судорожно дыша, мужчина медленно, чересчур медленно, заскользил взглядом по бледным ступням… выше…
– Выйди, – велел он, продолжая с жадностью всматриваться в черты лица покойника.
– Что?.. – растерянно пробормотал патологоанатом. Впрочем, через несколько секунд он всё же подчинился.
Мужчина нагнулся над трупом, впиваясь глазами в каждую его морщинку, ямочку, пигментное пятно… Их лица разделяло всего несколько сантиметров, но сейчас это его не трогало.
Его взгляд устремился к бровям… пробежался по контуру скул, носу… Осторожно подняв руку, он потянулся к лицу покойника. Легонько надавил подушечками подрагивающих пальцев на ледяные губы, оставляя на них заметную вмятину.
Дыхание мужчины выравнивалось. Пульс приходил в норму. Прерывисто вздохнув, он лениво прикрыл глаза.
А затем, приблизившись губами к уху, хрипло зашептал:
– Не волнуйся, я позабочусь о ней… Я стану для неё всем. Это неизбежно… Это предопределено…
– Привет, Кудряш! – крикнула мне в ухо Злата, пытаясь переорать, грохочущую из колонок, музыку. Устало привалившись к стене, девушка на несколько мгновений прикрыла глаза, два профессиональных фотоаппарата на толстой кожаной портупее по обе стороны её бёдер плавно закачались.
Я последовала её примеру, и, игриво встряхнув копной каштановых волос, прислонилась рядом. Несмотря на то, что уютный зал ресторана освещал лишь тёплый приглушённый свет, мне всё же удалось разглядеть, как Злата в ответ едва заметно дёрнула уголком губ.
Из арки, ведущей в кухню, потянуло ароматом жареного мяса, заставляя мой желудок болезненно сжаться в предвкушении. «Скоро… Потерпи чуточку…» – мысленно взмолилась я, опуская ладонь на живот.
