Вадика ждал сюрприз: Глеб выставил Вадику счёт за молчание. Говорить, куда перепрятал пакет с компроматом, Глеб отказался. Мол, или Вадик платит, или Глеб идёт в милицию. Аппетит к шантажистам приходит во время еды, потому Вадик решил Глеба убрать, а пакет найти позже. А может, Вадик понадеялся, что пакет там, куда его спрятал Глеб, и сгниёт. Ведь если спрятал, то случайный прохожий пакет не найдёт.
После убийства Глеба Вадик на всякий пожарный порылся у Глеба на даче, на участке. Пакета не нашёл. Зато Вадик нашёл ключи от квартиры Глеба, и подумал, что Глеб мог спрятать пакет не на даче, а в квартире.
Вадик глебову дачу покинул. Через полчаса следы Вадика с участка Глеба смыл ливень. Затем на дачу Глеба приехал я, нашёл труп Глеба. Конец второй серии.
Пока шли титры, я думал, куда Глеб мог перепрятать пакет. Не додумался.
В третьей серии фильма под названием “Вадик и три убийства” главный герой поехал к матери Глеба.
Вадик шлялся вокруг дома Нины, ломал голову, как бы забраться в квартиру Нины, до тех пор, пока к Нине не приехали я и Юсуп. Вадик дождался, когда мы с Ниной уехали на опознание, и влез к Нине в квартиру.
На беду Вадика мы с Ниной вернулись раньше, чем Вадик успел обыскать все пять комнат. Вадику пришлось прыгать с балкона. В итоге Вадик квартиру недообыскал. Вряд ли Вадик был от такого фиаско в восторге. Если пакет найдёт Нина и позвонит в милицию…
Вадик от дома Нины не отходил, прятался где-нибудь за деревьями, держал мой джипчик в поле зрения.
Когда я от Нины уехал, Вадик вернулся квартиру Нины дообыскать.
Открывать дверь глебовым ключом Вадик не пробовал, потому как Нина могла услышать, как кто-то тычет в замок ключом, и могла вызвать милицию. Вадик постучал в дверь, назвался, наплёл нечто вроде: “Я только что от дачников узнал, что Глеба убили. Какое несчастье! Примите мои соболезнования”. На такие слова Нина не отпереть не могла.
Не надо быть Гераклом, чтобы перевернуть кресло-каталку с инвалидом.
После убийства Нины Вадик квартиру Нины дообыскал. Нашёл Вадик пакет с компроматом или нет, я на тот момент не знал.
Зато я знал, что примерно во время смерти Нины Вадик дома перед телеком не сидел, попкорном не хрустел. Во время моего необъявленного визита к Вадику накануне я Вадика дома не застал. Вадик пришёл домой, когда я уже заканчивал поиски перчаток.
Когда пошли финальные титры моего трёхсерийного фильма, я позвонил телефонисту, попросил узнать, где светился мобильник Вадика накануне с шести вечера до полуночи. Через минуту телефонист перезвонил, сказал, что мобильник Вадика провёл весь день в районе дома Вадика. Я решил, что Вадик, когда ходил на дело, мобильник оставлял дома в лучших традициях фильмов о бандитах. Потому я решил деньги на телефониста более не тратить, и о мобильнике Вадика позабыть.
Чтобы не бездельничать, я принялся ломать голову, как доказать всё то, что я понапридумывал. У Глеба Вадик не наследил, у Нины наверняка тоже. А если у Глеба и у Нины пальчики Вадика таки найдутся, то Вадик скажет, что был у Глеба в гостях за пять минут до его смерти, а убийца Глеба сидел в кустах и ждал, пока Вадик уйдёт. То же Вадик скажет и о смерти Нины. Мол, узнал о смерти Глеба от Хребтолома или Ковылякина, зашёл к Нине выразить соболезнования, а когда ушёл, Нина была жива.
Когда я понял, что без явных улик доказать вину Вадика не смогу, звякнул дверной звонок, и Юсуп гаркнул: “Ян, это я! Открывай!”. Я представил, с каким удовольствием Юсуп разнесёт в пух и прах мою супер-пупер версию, поморщился, поплёлся открывать.
*
*
Юсупов врач сказал, что Нина умерла накануне вечером с девяти до одиннадцати. Убийством смерть Нины врач назвать не смог. Упала и ударилась головой, не более того.
Кинолог, как ни старался, а заставить собаку взять след так и не смог. Объяснил тем, что следов нет.
Криминалисты сказали, что в замки дядька Некто отмычку не совал.
Когда я указал на статуэтку кота как на доказательство обыска, Юсуп сказал, что даже юсупов шеф не заставит Юсупа поверить, что обычное положение глиняного кота – хвостом к зрителям.
Затем я услышал одну из любимейших фраз Юсупа: “Да меня шеф за такое убийство сожрёт с потрохами!”. Я понял, что Юсуп собрался списать смерть Нины на несчастный случай.
Тогда я ввёл в бой тяжёлую артиллерию: ударил по юсупову неверию моей стройной супер-пупер версией.
Юсуп меня выслушал, покрутил пальцем у виска, посоветовал посетить психолога, сказал, что моя версия ни к чёрту, и чтобы я угомонился. Юсуп добавил, что я могу Юсупу звонить не раньше чем найду плащ с сапогами, а до того я имею полное право и почётную обязанность к Юсупу с бредом не лезть. Иначе мои звонки будут выглядеть не лучше, чем если бы я серпом да по юсуповым воздушным шарикам, надутым для первомайского парада.
Я подмахнул протокол допроса, пожелал Юсупу благополучно замять умышленное убийство ради красивой статистики, и откланялся.
Когда уселся в джипчик, я позвонил Вадику. Вадик снял трубку, прочистил горло кхеканием.
– Ян, вы же звоните не для того, чтобы…
– Вадик, где ты был вчера с девяти до одиннадцати вечера?
