Жара становилась все сильнее и сильнее. Серое облако пыли, которое словно шлейф тянулось за первой бронированной машиной, стало накрывать их с головой. Дышать становилось все трудней и трудней.
– Павлов! Передай водителю, пусть немного отстанет! Что он уткнулся ему в зад!
Тот постучал прикладом автомата по башне.
– Ты что, хочешь задушить нас! – выкрикнул он, когда из башни появилась грязное лицо водителя.
Тот, молча, кивнул головой, давая им понять, что он их услышал. БТР сбросил скорость и тем самым облегчил участь десанта.
– Скажи, Абрамов, тебе не жалко гражданскую жизнь? – спросил Виктора Павлов. – Мне если честно нет, а тебе?
– Я не думал об этом. Мы с тобой не кадровые офицеры, а лишь «партизаны». Так что рано или поздно все встанет на свои места.
– Смотри, впереди снова кишлак, – произнес Павлов.
– Всем приготовиться! – громко скомандовал Абрамов и снял автомат с предохранителя.
***
Второй кишлак тоже оказался абсолютно пустым. По улицам бродили куры, но жителей в нем не оказалось.
– Командир! А, где жители? – спросил Абрамов Марченко. – Смотри, они так быстро бежали, что оставили не потушенным очаг. Откуда они узнали о нас?
– У них, Абрамов, тоже существует разведка. Поступил сигнал и они ушли в горы.
Рассыпавшись в цепь, они зачистили кишлак.
– Какая будет команда, командир? – поинтересовался у Марченко Орлов.
Командир достал карту и, развернув ее, начал рассматривать.
– Двигаемся вот по этой дороге. Конечный пункт кишлак Даланг. Погнали, ребята.
Все быстро заняли свои места и БТР, урча моторами, медленно двинулись вперед. Выехав из кишлака, машины увеличили скорость. Вдруг идущий впереди их БТР Марченко, начал чихать, а затем, выпустив густую струю черного едкого дыма, остановился. Виктор спрыгнул с бронетранспортера и бегом помчался к командиру. Марченко стоял около заглохшей машины и распекал матом водителя.
– Почему не подготовил машину к «дороге»? – кричал он. – Под суд захотел?
– Я все поправлю, – шептал он, бросая испуганный взгляд на Марченко. – Я сейчас, сейчас.
Чумазый водитель хотел еще что-то сказать, однако не решился, заметив злобные огоньки в глазах командира. Он виновато моргал длинными, склеившимися от пота ресницами, и молчал.
– Абрамов! – приказал Марченко. – Оставь здесь четверых своих бойцов. Пусть помогут водителю с ремонтом, а затем догоняют нас.
Виктор развернулся и побежал к своей машине выполнять приказ. Четыре бойца спрыгнули с брони и, не торопясь, направились к сломанному БТРу. Остальные стали перегружать боеприпасы, продукты и воду на две оставшиеся машины.
– Вот что, мужики. Как только отремонтируетесь, идите вслед за нами. Мы вас будем ждать вот в этой точке через три часа. В бой не вступать, все время быть на связи. Задача ясна?
Судя по их лицам, они все поняли.
– По машинам! – закричал Марченко и через минуту они двинулись дальше.
БТР, выбросив из своего нутра облако черного дыма, направились дальше.
– Виктор, а почему он выбрал наших ребят? – поинтересовался у него Павлов.
– Я не обсуждаю приказы командира. Он лучше знает ребят, чем я и ты.
По дороге им попались еще два кишлака, ни в одном из них ни моджахедов, ни жителей, они не обнаружили. Практически невозможно отличить моджахеда от простого крестьянина. Многие из них утром пашут поля, выгуливают скот, а вечером достают из тайника автомат или винтовку и вливаются в боевой отряд повстанцев, который обстреливает проходящие мимо них советские колонны, а затем снова возвращаются в кишлак, чтобы скоротать остаток ночи в объятьях жены.
Стоя в пустом кишлаке Даланг, отряд поджидал отставших товарищей. Время, отпущенное Марченко на ремонт машины истекло, но БТР до сих пор не догнал их. Что с ними, никто из них не знал – эфир был пуст. Лицо Марченко посерело. Даже невооруженным глазом было видно, что он сильно волнуется за ребят.
– Может что-то там произошло? – тихо произнес Орлов. – Но почему молчит рация?
Абрамов посмотрел на Марченко, стараясь угадать, о чем он думает.
– Командир, разреши вернуться, ведь там мои люди? – обратился Виктор к Марченко.
– Подождем еще минут десять, может быть, ответят.
– Хорошо, – ответил Виктор и стал забираться на БТР.
Марченко молчал, поглядывая на свои наручные часы. Наконец, он не выдержал.
– По машинам! – громко крикнул он.
Все вскочили на броню и на предельной скорости двинулись в обратную сторону.
Абрамов приложил к глазам бинокль, стараясь разглядеть, что там впереди.
–Ну что, там? – поинтересовался у него Марченко. – Что видно?
– Пока ничего, товарищ командир – все чисто.
Бойцы молчали, думали о чем-то своем, но мысли каждого все равно крутились вокруг судеб, оставленных товарищей. Виктор снова приложил к глазам бинокль. Пока радовало, что не видно было черного дыма горящей машины. Наконец сквозь шум и треск в эфире, они услышали голос водителя оставленной ими бронированной машины.
– Восьмой, восьмой, я седьмой, как слышишь?
Обрадованный Марченко схватил наушники и громко закричал в мегафон.
– Седьмой, седьмой, я восьмой, почему молчал? Где ты?
– Я там, где вы меня оставили. Только что устранили поломку, куда двигаться?
