– Стой, где стоишь. Сейчас мы подойдем.
Машины, увеличив скорость, понеслись вперед.
– Командир! – обратился Виктор к Марченко. – Прикажи сбросить скорость. Неужели сам не видишь, что невозможно удержаться верхом на прыгающей броне, так можно и без боя людей потерять.
По приказу Марченко машины замедлили ход и все облегченно вздохнули. Военнослужащие Советской армии предпочитали передвигаться верхом на броне БТР и БМП. В начале февраля 1980 года моджахеды получили значительную военную помощь из Пакистана и Ирана и стали вести минную войну против механизированных русских колонн. Статистика подрывов наглядно свидетельствовала, что при взрыве мины у БТР отлетали в сторону колеса, и это давало экипажу машины и солдатам, находившимся внутри машины, хоть какие-то шансы выжить. При подрыве же боевой машины пехоты шансов у экипажа почти не было. БМП солдаты окрестили не иначе как – братская могила пехоты. Поэтому при малейшей возможности десант занимал верхнюю броню и старался не лезть внутрь машины.
Через десять километров они увидели машину и куривших около нее четырех бойцов. Марченко соскочил с брони и бегом устремился к водителю БТР. Он, молча, сунул ему под нос свой костлявый многообещающий кулак.
– Ты понял, что я с тобой сделаю в следующий раз, – произнес он, грозно сверкая белками глаз.
– Понял. Обещаю, что больше подобного не повторится.
– Посмотрим…
Все неприятные моменты, как считали они, остались где-то позади. Марченко с кем-то переговорил по рации и махнул рукой в сторону базы. Все радостно восприняли эту новость и бросились «седлать» бронированные машины.
***
Вот и первый кишлак, где они оставили солдат правительственных войск и местное политическое руководство. Кишлак по-прежнему пуст. В этот раз БТР Абрамова вошел в кишлак первым. О том, что рано утром здесь были солдаты правительственных войск, ничего не говорило. Ветер гнал пыль по узкой улице, низкие убогие жилища и ни души.
– Всем спешиться!
Бойцы с явной неохотой спускались на землю и по команде Абрамова медленно побрели вдоль высоких дувалов. Вслед за БТР остановились и другие две машины.
– Абрамов! – окликнул его Марченко. – Почему встал!
Виктор подбежал к командиру.
– Товарищ командир, во время движения я заметил блеск оптики. Сейчас проверим, а вдруг здесь гости с гор.
– Больно не увлекайся, Абрамов, скоро начнет темнеть. Понял?
Виктор, молча, кивнул и побежал догонять своих бойцов. Вслед за жиденькой цепью медленно следовал БТР, вращая башней. Тень, падающая от крупнокалиберного пулемета, была похожа на какого-то фантастического монстра, выискивающего скрывшуюся среди этих убогих жилищ – дичь. Виктор, держа автомат на изготовку, шел недалеко от БТР, всматриваясь в темнеющие оконные проемы домов. До выхода из кишлака оставалось метров сто-сто пятьдесят, когда раздался выстрел из гранатомета. Граната взорвалась около заднего колеса БТР. По броне застучали мелкие осколки, комья земли и камни. Поднятая в воздух масса земли с шумом обрушилась на головы и спины залегших бойцов.
– Огонь! – закричал Абрамов и дал длинную очередь в сторону дома, из окна которого был произведен выстрел
Вслед за ним открыли автоматный огонь по окнам строения и другие бойцы. Кто-то швырнул гранату, и крыша дома вспыхнула, словно факел. Два выстрела из гранатомета, сделанные моджахедами из соседних домов, тоже оказались безрезультатными. Гранаты пролетели мимо бронетранспортера и ударили в дувал. Всю улицу заволокло пылью. Виктор подполз к дому и швырнул в окно гранату. Раздался сильный взрыв. Крыша дома приподнялась над строением и рухнула внутрь дома. Следовавшие за ними БТРы заняли боевые позиции и открыли шквальный огонь по обнаруженным огневым точкам противника.
Абрамов перебежками пересек улицу кишлака и упал на землю рядом с горевшим домом. Дым горящего дома закрывал его от глаз моджахедов и дал ему возможность достаточно близко приблизиться к ним. Теперь перед ним, как на ладони, лежали огневые позиции моджахедов. «Духов» было не так уж и много, от силы человек тридцать-сорок. Двое из них пытались установить миномет. Виктор тщательно прицелился и, словно на учениях, мягко нажал на спуск автомата. Оба басмача сначала задергались, словно попали под высокое напряжение, а затем упали на землю. В этот раз он был абсолютно спокоен и расчетлив. Он вскочил на ноги и, сделав несколько шагов, повалился на землю. Перед глазами Абрамова вдруг встала стена из песка, земли и камней. Граната взорвалась в метрах десяти от него. Он на какой-то миг ослеп от яркой вспышки, а взрывная волна сильно ударила его по ушам.
– Сейчас я тебя достану, – вслух произнес он, ловя на мушку гранатометчика.
Виктор перекатился на новую позицию и выстрелил туда, где скрывался гранатометчик. Пули, выбивая фонтаны из сухой глины, увязли в стене, не достигнув цели.
– Сейчас, сейчас, ты у меня заткнешься…,. – снова прошептал он. – А вот и ты, милый.
