– Господи, – прошептал Абрамов, – помоги! Только не плен!
Впервые за свою жизнь он осознанно обратился к Богу, моля его о пощаде. Правая рука его коснулась кармана, и он, радостно улыбнулся, нащупав в нем патрон. Он вскочил с земли и бросился к джипу. Пулеметная лента была заправлена в пулемет. Он взвел пулемет и начал стрелять. Первой же очередью Абрамов срезал несколько моджахедов. Виктор повернул ствол и снова в прицел поймал группу басмачей, столпившихся у одной из стен дома. Он бил по ним длинными очередями, пришивая их пулями к стене. Вот была группа, и не стало ее. В стену дома попала граната, выпущенная из гранатомета. Прогремел взрыв. Взрывной волной его выбросило из машины. Виктор прижался к колесу джипа. В голове стоял шум, словно по ней били молотом, из ушей потекла кровь. Он поднял глаза и увидел, что вся машина завалена огромными кусками глины.
– Только не плен, – прошептал он.
Абрамов достал гранату и положил около себя. Кто-то дернул его за ногу. Виктор схватил автомат и направил его в человека, в котором узнал Лаврова. Он улыбнулся ему и что-то сказал, но Виктор не услышал его слов. Он убрал в сторону гранату и начал медленно ползти вслед за Лавровым.
Два «горбатых» (вертолеты огневой поддержки МИ–24) зашли со стороны солнца. Выпущенные ими ракеты ложились точно в цель, круша дом за домом. Отстрелявшись, вертолеты легли на обратный курс, и ушли к себе на базу. Остатки недобитых «духов», бросая оружие и снаряжение, кинулись бежать. Вопрос перевалочной базы моджахедов был решен окончательно. Прозвучали несколько мощных взрывов за спиной отряда, который уходил в горы.
***
Отряд уходили вверх. Солнце нещадно палило их головы. Вокруг, сколько видел глаз, стояли горы, поднимая в бездонное и уже безоблачное небо острые пики, накрытые слоистыми шапками ледников и снега. Сухая жара разогнала, казалось, все живое: даже птиц, ящериц и бабочек. Было совершенно непонятно, где же идет война и как вообще могут жить люди.
Виктор, то и дело встревожено поднимал голову к небу, оглядывая горизонт.
– Мне кажется, я слегка оглох, – сказал он Лаврову. – Если ты увидишь что-нибудь, толкни меня в бок.
– Почему ты меня просишь об этом?
– Наши вертолеты могут не разглядеть, кто под ними.
Лавров кивнул, и они снова двинулись вверх. Впереди показалось ущелье. Шаги бойцов последовательно отражались от стен ущелья и еле слышным эхом уносились куда-то ввысь, туда, где в ярком солнечном свете сияли снежные горные вершины.
– Ускорить движение! – приказал Марченко, и отряд устремился вперед, стараясь как можно быстрее миновать горное ущелье.
Минут через тридцать отряд вошел в лес, который глушил их торопливые шаги.
– Быстрее, быстрее! – торопил бойцов командир и задавал им темп движения. Виктор, кое-как плелся в конце цепочки. У него сильно болела и кружилась голова, и он прикладывал все силы, чтобы не отстать от отряда. Рядом с ним шел Лавров, который поддерживал Абрамова не только морально, но и физически, так как тащил на себе его мешок. Несмотря на полученную контузию, он еще держался на ногах и шел вверх, вслед за Марченко. Значительно хуже Виктора чувствовали себя «новички». «Старики» подталкивали их в спины, заставляя ускорить шаг. Наконец последовала долгожданная команда «привал», все они повалились от усталости на раскаленные солнцем камни. В глазах Абрамова запрыгали камни, солнечные блики, похожие на вспышки выстрелов. Захотелось расслабиться, вытянуть ноги и лежать в тени деревьев, рассматривая их зеленые кроны и бездонное синее небо. К нему подошел Марченко и, наклонившись к Виктору, задал вопрос:
– Абрамов? Двигаться можешь? Это очень важно.
Виктор, молча, кивнул ему, хотя чувствовал себя неважно. Солнце стояло достаточно высоко. Природа словно сходила с ума от азиатской жары. Абрамов сделал два глотка. Вода была теплой и невкусной, отдавала каким-то непонятным металлическим привкусом.
– Подъем! – закричал Марченко и, взвалив на себя мешок, начал движение.
Шатаясь словно пьяный, он сделал несколько неуверенных шагов, а затем начал двигаться быстрее. Через тридцать минут Марченко объявил новый привал. Бойцы снова упали на землю, жадно ловя открытыми ртами воздух – сказывалось высокогорье, к которому еще не успели привыкнуть бойцы из последнего пополнения.
Вскоре вернулись дозорные. Новости были неутешительными. Похоже, отряду придется пробиваться с боем, так как в километре от них находился лагерь моджахедов, который невозможно было обойти. Их было не так много, человек тридцать, то есть по одному на каждого бойца спецназа.
– Абрамов! – позвал его Марченко.
Виктор посмотрел на него и никак не мог понять смысл его обращения. Марченко махнул ему рукой, и он, пригибаясь, подошел к нему.
– Возьми десять бойцов и постарайся подняться выше лагеря бородатых. Ударите сверху, когда мы выйдем на них. Задача ясна? Ты понял меня или нет?
Абрамов кивнул. Марченко, схватив Виктора за рукав куртки, и посмотрел ему в глаза.
– Ты сможешь это сделать или нет? Я хочу это знать!
Виктор не знал, что ему ответить, и просто кивнул.
