– Все нормально, командир, всех порезали, – доложил он. – Никто даже не пикнул.
– Товарищ командир! – обратился к Абрамову радист. – Я нашел рацию. Она в рабочем состоянии.
– Работать на ней сможешь? – спросил его Виктор.
Радист кивнул. Это, наверное, была самая счастливая минута в жизни группы.
– Ромин! Минируйте и уходите. Мы вас будем ждать на опушке леса.
– Все понял, командир.
Абрамов дал команду и группа начала движение, оставив на месте трех своих товарищей. Они успели отойти метров на пятьсот, когда сзади вспыхнуло пламя, и послышался сильный взрыв.
– Сафин, вернись и посмотри, что там произошло, – скомандовал Виктор.
Боец исчез в темноте. Группа продолжила движение вперед. Абрамов поднял руку, и бойцы повалились в высокую траву, которая словно клочок торчала на голом пологом склоне горы. Через час появился Сафин.
– Где остальные? – спросил Абрамов его. – Почему их нет с тобой?
– Погибли, – коротко ответил он и сел на землю около него.
– Как погибли? – удивленно спросил его Виктор.
– Не знаю, похоже, подорвались на собственной мине, – ответил Сафин.
Абрамов с трудом вник в сказанное им. Ему не верилось, что трое его бойцов, прошедших специальные курсы, могли подорваться на собственном заряде. Виктор продолжил сверлить глазами Сафина, как будто тот был виноват в произошедшем несчастном случае.
– Пойми, командир, я не знаю, что там произошло. Но знаю, что они погибли. Я сам трогал их, они мертвы.
«Какая нелепая смерть, одно неосторожное движение и все», – с грустью подумал Абрамов.
– Ну, как, – спросил Виктор радиста, – есть связь?
Он кивнул. Связь с отрядом была восстановлена.
***
К великой радости группа Марченко смогла в ту ночь оторваться от моджахедов и прорвалась сквозь их боевые порядки. Абрамов по рации доложил о потерях и сообщил, что весь район буквально наводнен отрядами душманов. Когда Виктор закончил свой доклад и в заключение сообщил, что группа намерена выдвинуться к месту высадки.
– Отставить, седьмой…, – последовала команда Марченко. – Оставайтесь на месте! Как понял, седьмой?
– Не понял, восьмой! Повторите!
– Оставайтесь на месте! Это – приказ!
Чем было вызвано подобное решение, Виктор тогда не догадывался. На восемь часов утра был назначен новый сеанс связи. Выставив посты, группа повалились отдыхать.
Абрамов проснулся от легкого прикосновения руки радиста.
– Что тебе? – спросил его Виктор.
Радист, молча, показал ему на часы. Его жест мгновенно вернул Виктора к действительности. Он надел наушники и сеанс начался. Абрамов быстро записывал и отмечал на своей карте новое задание. Теперь ему стало ясно, почему их оставили в тылу моджахедов. Армейское руководство планировало начать вторую Кунарскую операцию по вытеснению отрядов моджахедов с территории Афганистана в Пакистан, и в этой операции его группе отводилась не последняя роль. Согласно новому заданию, они должны оседлать дорогу из Пакистана и не дать перебросить боеприпасы и живую силу на момент начала операции.
– Все ясно, командир, – ответил Виктор без особого энтузиазма. – Пришлите продуктов и боеприпасы.
Спорить с командиром и что-то ему доказывать – абсолютно бесполезное занятие. Рассчитывать на какой-то успех столь малочисленной и измотанной группы было просто глупо, и Абрамов, в отличие от руководства, понимал это лучше чем они. Виктор посмотрел на напряженные лица бойцов, которые внимательно прислушивались к его диалогу с командиром и хорошо понимали важность полученного ими приказа. До намеченной на карте точки было километров пятнадцать.
– Подъем! – скомандовал Абрамов. – Вперед! Не растягиваться…
Бойцы тяжело поднялись и выстроились в шеренгу по одному. Виктор, молча, обошел строй, вглядываясь в их суровые лица. Он кратко довел до них приказ командования. Все молчали, осознавая ответственность за порученное дело. Абрамов дал команду и начался марш-бросок. Впереди, метрах в пятидесяти от них шла разведка. Несмотря на голод, группа двигалась в довольно быстром темпе.
«Как я ненавижу эти горы, – снова думал Абрамов, поглядывая по сторонам. – И надо же было судьбе забросить меня сюда, в забытые Богом горы Гиндукуша. А разве Регистан лучше? Здесь: камни, а там – бесконечное море песка, жара. Вот и получается, везде хорошо, где нас нет».
За этими рассуждениями он не замечал, как ноги накручивали километр за километром. Посмотрев на часы, Виктор понял, что они двигаются уже третий час. Объявив привал, он сел между камней и достал карту. Было жарко. Он достал флягу, сделал глоток…
«Нужно беречь воду», – подумал он, убирая ее в мешок.
