Я вернулся в кабинет, объяснил Раисе Михайловне ситуацию. Та закрыла своего Мопассана и переместилась за мой стол. И так зыркнула через свои очки, что и так мелкие детишки словно стали еще мельче. Так что за занятия я был спокоен. И со спокойной душой отправился в гаражи.
Пока ехал, думал. Вспомнил вчерашний разговор с Николаем. А ведь правильно он сказал, главное в этой машине — силовой агрегат. Даже не сам агрегат, а батареи. Откуда такие батареи? Неужели Шурик их сам сделал? Из чего? Как? Где? На кухне смастерил или в гараже? Тогда должны быть хоть какие-то детали этих батарей. А их нет! Ничего похожего на батареи. И в записях про их производство — ни слова.
В гаражах все было по-прежнему. Ничего похожего на всеобщую проверку электросчетчиков не наблюдалось. Я посмотрел на часы, оставил «Букашку» у восемнадцатого бокса. Открыл калитку, зашел и сразу протер стеклышко счетчика тряпкой. Потом уселся перед открытым ящиком с железками. Пока искал следы батарей, наткнулся на один странный агрегат на самом дне ящика. Словно его специально там спрятали и разным электробарахлом забросали. Назначение агрегата мне было совершенно непонятно. Но точно, что электричества эта фигня жрет от души. Иначе, зачем на входе такие мощные предохранители?
А еще одна находка откровенно порадовала. Совсем новая личинка от "САМовского" замка с набором ключей. То, что нужно! Когда еще заменить хотел, да ни одного хозмага по пути не встретилось. А то шляются в квартиру непонятно кто. Чует мое сердце, не просто так ключи у Зины пропадали. И сигнализацию поставить. Чтобы сразу со звонком на милицейский пульт. Или такого здесь еще нет? Ладно, придумаю чего-нибудь.
В этот момент в ворота снаружи постучали. Я подошел к калитке.
— Кто там?
— Мосэнерго, проверка счетчиков.
Голос, кажется, тот самый, что говорил по телефону. Я открыл железную калитку. У ворот стоял какой-то плюгавый мужичок в кепчонке со свертком в руках.
— Товарищ Тимофеев?
— Я. Заходите.
Энергетик почему-то огляделся по сторонам и шагнул в гараж.
— Где у вас тут счетчик?
Я повернулся к проверяющему спиной, указал на эбонитовый корпус с циферками. И в этот момент что-то тяжелое обрушилось на мой затылок. Последнее, что я помнил — как мои очки звякнули об пол и в ушах знакомая мелодия: «Пара-пара-пара-пара-пара парам-пара»…
Сознание возвращалось как-то урывками. Чьи-то голоса, звуки борьбы, нецензурная ругань. Кто-то кому-то командует: «Крепче вяжи и пасть ему заткни». Меня куда-то тащат по полу. На что-то сажают, связывают руки, но мне «пасть не затыкают».
Я с трудом открыл глаза. Голова кружилась. Чем же этот электрик меня приложил? Тем самым свертком, что был у него в руке, а теперь ваяется под электросчетчиком? Там что, разводной ключ? Только потом я смог сфокусировать взгляд на трех фигурах в центре гаража. Конечно, без очков я видел хреново, но это были они! Трус, Балбес, Бывалый! И музычка эта из «Кавказской пленницы» в ушах крутилась, не переставая.
Бывалый сидел на табуретке и внимательно меня разглядывал. В руках у него была киянка, и ее набалдашником он похлопывал по ладони. За его спиной привычно корчил рожи Балбес и оглядывался в поисках чего бы такого полезного спереть — Трус. Вся троица. Откуда они здесь? Их же вроде в конце «Кавказской пленницы» всех посадили. Вопрос — на сколько. Впрочем, я над этим вопросом думал еще вчера, когда увидел Балбеса. Так ничего и не надумал.
Это они меня по голове? С них станется.
Но тут рядом со мной что-то зашевелилось и издало мычание. Я повернул голову. Рядом на крышке ящика «с разными железками» сидел связанный тот самый патлатый урод, что недавно пытался напугать меня ножичком. Как же его… Куря? Курва? Нет, Куреха. Точно! А фамилия — Курехин. А у стены висел тот самый электрик. Ну как висел… не за шею, а за руки. У него руки были связаны бельевой веревкой, и вот за веревку его подвесили к железному крюку под потолком. Крюк был на цепи, видимо, гараж у Шурика был оборудован вдобавок и блоками с лебедкой. И рот у «электрика» был заткнут полотенцем, которым я пыль с машины стирал. Не самым свежим.
Ситуация, однако.
Бывалый заметил, что я очнулся, встал с табуретки, вразвалочку подошел. Легонько хлопнул киянкой по шее Куреху, видимо, с целью заглушить исходящие от него звуки, потом наклонился ко мне, спросил.
— Ну что, набегался, студент?!
— Да я вроде ни от кого и не бегал, — ответил я, когда Бывалый перестал двоиться у меня в глазах.
— Ты теперь нам по жизни должен! — тут же влез Балбес.
— За что это?
— Как за что? — Балбеса аж передернуло от «моей наглости». — А кто нас на складе ментам сдал? Ты, между прочим, там, на складе, незаконно оказался. Преступным путем занял место сторожа. И заметь, мы там ничего не взяли! Еще ты меня шпагой чуть не заколол, а это — холодное оружие! Применение — строго карается! А на юге! Это ж ты девку похитил. Мы не похищали, мы только отвозили. А срока нам дали!
