С утра, я сидел за столом и аккуратно выводил текст приказа главы городского совета, о передаче мне своих полномочий. Зря что ли мне палач, листы с подписями дал? Прошли уже сутки с момента его исчезновения, семья должна была поднять тревогу. Правда вряд ли в свете последних событий кто-то станет его искать. Бунт, который начинал разгораться в городе, все спишет. Полчаса назад, пришлось пострелять из окон по небольшой группе, явившейся грабить особняк. Надеюсь их трупы отпугнут жаждущих моего добра. И вообще, пора прекращать этот бардак — повеселились и хватит. Этак от города ничего не останется!
Я собрал все документы в сумку, натянул броню, вооружился, накинул плащ и направился к зданию городского совета. Шел по середине улицы, внимательно наблюдая за окнами домов и переулками — как бы не подстрелили. Жители занимали оборону, многие ставни были заколочены досками. Кое-где дома побогаче были разграблены, как впрочем и лавочки. Трупов и толп разъяренных горожан, видно пока не было, но я думаю, что до этого осталось недалеко. Как только до большинства дойдет, что это не обычные беспорядки, а передел власти, тут такое начнется! Должники пойдут резать кредиторов и далее по списку.
Из-за угла вывернула компания из трех мужчин. Увидев меня они обрадовались, достали ножи и направились ко мне с явно недружественными намереньями. Я пожал плечами, распахнул плащ и продемонстрировал свой арсенал, вежливо поинтересовался:
— Может не стоит? Исчезли, живо!
Мужики переглянулись и убежали в переулок. Вот так-то, это вам не безоружных грабить. Было бы у меня свободное время я бы вами вплотную занялся. Странная ситуация — сам все затеял, а теперь на бандитов обижаюсь, что они разбойничают с моей подачи. Вот такой я неоднозначный человек.
Городская управа напоминала муравейник, в ней собрались не только стражники, чиновники и члены их семей, но и пострадавшие. Люди продолжали подходить. В принципе правильно задумано, по отдельности в своих домах отбиться не получится, силы нужно собрать в кулак. Только вот почему все предоставлены сами себе и носятся без всякой цели? Либо разбились на группки и сидят по углам. Где главные петухи в этом курятнике? Я заметил знакомого стражника и поманил его к себе.
— Что здесь происходит? Чего все мечутся?
— Уроды! Начальники все утро в совет добро свое носили и комнаты между женами делили. Выясняли кому какая по рангу положена. Сейчас в зале сидят, ситуацию обсуждают. О чем там можно два часа разговаривать? Действовать надо, пока сюда толпа не ворвалась!
— И что, никто не может на себя командование взять?
— Была у нас парочка толковых десятников, они за семьями ушли, но так и не вернулись. Похоже на то, что убили — их многие ненавидели.
— Ясно. Здесь те двое, что с нами ходили?
— Да.
— Зови их, желательно захватить арбалеты, пойдем ваше начальство обрабатывать. Не струсите?
— Нет, хуже уже не будет.
Зашел в зал совещаний, вполголоса скомандовал стражникам охранять двери и никого не выпускать. Осмотрелся — что у нас тут? Длинный стол, примерно десять-пятнадцать человек чиновников всех рангов. Кресло стоящее с торца стола пустует. В него я и уселся, достал бумаги и молчком принялся раскладывать их перед собой. Обсуждение важных вопросов, а именно: кто здесь главный, кто будет за все отвечать и где глава совета, при моем появлении потихоньку затихло. Краснолицый толстяк не выдержал:
— Ты еще кто такой?
— Я барон Никет. Церемонии необходимо посещать, что бы в дальнейшем не иметь глупый вид и не задавать бессмысленные вопросы. Я по твоему лицу вижу — ты собрался орать и возмущаться. Так вот, подумай три раза прежде чем это сделать. Это кстати и других касается, вы не в том положении, что бы на меня голос повышать.
— В каком же мы по-твоему положении? — спросил меня сухощавый высокий старик, сидящий на другом конце стола.
— Висельников! Я поясню: через некоторое время, вы все же договоритесь и сумеете выбрать главного. Казалось бы все проблемы решены, от горожан вы отобьетесь, меня подставите под топор палача, в соответствии с контрактом я несу ответственность за бунт. Но самого главного вы так и не увидели, это дорого вам обойдется.
— Почему? В чем главная проблема?
— В моем несогласии. Я — ваша главная проблема! Против меня вы бессильны, ничего не поможет: ни деньги, ни власть. Вы всего лишь жалкие, занюханные торгаши, которые решили что ухватили судьбу за хвост. Что вы можете противопоставить этому? — я выхватил «Кусаку» и вбил лезвие в стол.
Сидевшие рядом отшатнулись, но старик не растерялся, он крикнул стражникам:
— Взять его!
Стражники не шелохнулись.
— Теперь скомандую я! Поднять арбалеты и взять крикуна на прицел!
Старик замер как кролик перед удавом, наконечники болтов смотрели ему прямо в лицо. Я выдернул топор, обошел стол и поднес к его глазам лезвие.
