Калитка и дверь были открыты, и я зашла ненадолго в гости. Вы принимаете у себя гостей, Рокайо?
Конечно, — ответила я и выразительно посмотрела на отца. Он замолчал, но недовольно сопел, прихлёбывая из тарелки.
Так вот, Ваухан, Ваши планы на воссоединение семьи не сбудутся. Уже завтра жрецы Великой будут здесь. И они откроют Врата насильно, дабы выпроводить незванного гостя прочь.
Уже завтра? — подскочил герцог.
Да. Мои запросы про рыжего охотника показались подозрительными Королевской Канцелярии, и советник из Тайной, уже знакомый тебе Верх Штарт, Айо, всё разнюхал. Кочевники подтвердили, что около трёх месяцев назад на их территории сработали Врата и выпустили мужчину, рыжебородого и рыжеволосого. Они хотели его схватить, но на нём стояла странная магическая защита, и он ускользнул. Его следы привели его сюда, в наше Предгорье. А потом советнику оставалось сложить два и два. Твой поход, Айо, в другой мир и появление этого незнакомца, — пояснила Арьяна, пробуя мою похлёбку. — А сейчас мне магическим путём передали послание из Храма Ады. Жрецы уже едут. Они возле входа на перевал. Так что, у тебя Айо, и тебя, незнакомец из другого мира, есть только одна ночь, чтобы попрощаться! Завтра тебя здесь уже не будет!
А если я не захочу? — герцог так и не сел на своё место. Он сложил руки на груди и горой возвышался над столом.
У тебя никто ничего и не спрашивает, — тихо, почти на грани слышимости ответила ему глава. — Радуйся, что жрецы не собираются пленять тебя и проводить над тобой свои магические эксперименты. Вроде бы как, богиня запретила им это. Но мир ты покинешь. И это — не обсуждается!
Я посмотрела на мужчину. Он смотрел на Арьяну с такой ненавистью, что, казалось, он прожжёт в ней дыру! Но, словно почувствовав, что я внимательно наблюдаю за ним, отвёл глаза от неё на меня и улыбнулся краешком губ. А потом расцепил руки и сел на своё место, громко отодвинув стул.
Часть третья. Глава пятнадцатая. Ночь откровений.
За столом повисла тишина.
Ну, что у тебя на ужин, Рокайо Ганн? — нарочито весело спросила Арьяна у меня.
Сейчас, — засуетилась я. Звон посуды слегка разрядил обстановку.
Мама, можно я схожу к Авидее? — спросил Бертин.
Да, сходи. Только долго у неё не сиди. Умойся и ложись спать!
Когда ребёнок ушёл, я тоже присела за стол. Есть мне не хотелось. Я посмотрела на герцога. Он смотрел куда-то в сторону, уставившись в одну точку, сжимая и разжимая кулаки. Значит, всё? Всё закончится уже завтра? Вместо того, чтобы упасть грузу с моих плеч, я, наоборот, почувствовала тяжесть в области сердца. И тут герцог посмотрел на меня. Его взгляд был тёмен и страшен. Он будто бы находился на грани отчаяния. Я не могла отвести свои глаза от его. Мне через этот взгляд поступало это отчаяние, эта безнадёжность. Будто надо мною потух весь свет!
Мне кажется, Арьяна, что мы тут лишние, — вдруг сказал отец, и я очнулась, вынырнув из отчаяния, как из воды.
Подожди, Ваухан, я голодна. Дай мне поужинать!
Забирай миску и пойдём поедим в другом месте, — и отец встал из-за стола. Аряна поспешила за ним, второпях глотая еду.
Мы остались за столом одни. Чувство неловкости накрыло меня. Я стала собирать со стола посуду. Когда моя рука оказалась рядом с руками муженька, он накрыл её своей ладонью, остановив не только суету, но и, казалось, весь мир. Моё сердце стучало часто-часто. Я сразу вспомнила Вензос и, почему-то, наши последние ночи. Меня бросило в жар, будто я сама заболела краснушкой, а не герцог. Но потом вытащила руку из-под его ладони и отошла к бадье с водой. Хотела взять ведро и вылить туда воду, но герцог опередил меня.
Поберегла бы ты себя, — сказал он, ставя ведро на место.
У нас прислуги нет. Только в королевском дворце разве что… — Я сделала два шага в сторону от мужчины. Его близость смущала меня.
Я понял. Вы живёте здесь совсем по другому. А я-то думаю, откуда у моей жёнушки такое неприятие роскоши и церемоний.
Думали, что я деревенская невежа? — грубо ответила я.
По началу — да. А потом понял, как был неправ. Только не успел разобраться…
Разве Вам это было нужно? — оглянулась я на мужчину.
Да, Айо, нужно. Только ты мне не дала на это времени. Да и твои постоянные побеги не давали мне возможности узнать тебя получше. Я злился и думал о том, что этой дуре не хватает у меня в Хэнее, что у неё в глухой деревне есть то, что не может дать родной брат короля…
Я понимаю… Я задевала Ваше самолюбие. Но дело было не в Вас, вернее, не только в Вас: я стремилась домой!
Теперь я понимаю это. А тогда я бесился и ненавидел тебя, а больше всего — самого себя, за то, что Вершители наградили меня сумасшедшей тягой к простой женщине, не моего положения…
Герцог сделал шаг вперёд, ко мне. Я же замерла, как дичь перед охотником. Мне казалось, что я даже перестала дышать.
Вы не можете такое говорить, это неправда, — прошептала я.
Ты думаешь, что мне хватает сил врать сейчас, когда я нахожусь в твоём доме, в окружении если не врагов, то и не друзей?
