Время для своего появления в резиденции княгини, которая напоминала небольшой дворец, парень подгадал вполне знатно. Это было время позднего ужина. Он уже знал, что княгиня Ло часто засиживается со своими советниками. особенно в последнее время. а потом ужинает со своими верными людьми. в компании так сказать. ну скучно благородные дамочки есть в одиночку. а то что эти самые верные товарищи в основном молодые и смазливые парни… Так это с её стороны определённо упущение. И именно этот факт Андрей собирался дать ей понять.
Разрывы пространства не должны были появляться так близко к резиденции знатной особы – по крайней мере, не без её личного приглашения. Но Андрей, взвесив все варианты, пришёл к выводу, что в его случае лучше не просить разрешения. Ему нужно было не “прийти в гости”, а явиться так, чтобы у всех свидетелей врезалось в память. Это не просто мастер Дао Цзы… Это существо, чьё присутствие само по себе рушит привычный порядок.
………..
Тонкий, почти беззвучный надрыв воздуха возник прямо над центральным двором. Пространство дрогнуло, как поверхность озера от капли, и затем в считанные мгновения разверзлось, обнажая темный, глубинный просвет, сквозь который Андрей сделал шаг. Для наблюдателей это выглядело так, будто он материализовался из ниоткуда, из самой пустоты, а за его спиной клубились едва уловимые вуали древней энергии – холодные, тяжёлые, давящие, как дыхание чего-то безмерного.
Первым замер главный страж ворот, его взгляд цеплялся за Андрея, а пальцы, уже сжавшие рукоять копья, так и не решились выдернуть оружие из ножен. Следом оцепенели слуги, бросившие всё, чем занимались – кто-то застыл с подносом в руках, кто-то замер в полупоклоне. На их лицах читалось не только изумление, но и почти животный страх. Ведь, по их ощущениям, что-то слишком древнее, слишком сильное, слишком “нечеловеческое” скользнуло в окружающее их пространство.
На ровные каменные плиты двора Андрей спустился с той же непринуждённой уверенностью, с какой дракон ложится на свой утёс, обозревая долину. Он не делал ни одного лишнего движения. Но в каждом жесте было ощущение абсолютного контроля. Он не сказал ни слова, а просто прошёлся по каменной дорожке к центральному залу, и охрана, не сговариваясь, расступалась, как вода перед носом корабля.
Княгиня Ло ждала его, уже усевшись на возвышении. Её губы тронула лёгкая улыбка, взгляд блеснул интересом. Она, похоже, прекрасно поняла замысел, но не спешила озвучивать реакцию. Здесь начнётся игра в тени – слов почти не потребуется, но каждый из них будет пытаться почувствовать пределы другого.
Спокойно остановившись перед ней, Андрей слегка склонил голову, но в его жесте не было ни капли подчинения. Это был кивок хищника хищнику – признание равного, но с явным намёком на то, что в этой встрече инициативу он забирает себе.
Потом он медленно обвёл взглядом двор, задерживая внимание на каждом лице. Сначала – слуги, застывшие в полупоклоне, явно не понимающие, что важнее сейчас сделать… Опустить глаза… Или продолжать следить за каждым его движением… Затем – сама княгиня Ло, устроившаяся на резном кресле в тени павильона, с безупречно спокойным лицом, но с прищуром, в котором читался вызов.
И вот – то, что сразу зацепило его взгляд. Рядом с ней стояли двое молодых мужчин, одетых сдержанно, но слишком уж тщательно, чтобы их можно было принять за обычных охранников или придворных. На их одежде не было ни одного герба, ни малейшего знака принадлежности к отдельно взятому роду. Слишком уж чисто и намеренно “пусто”, что для Андрея было очевидным знаком. Эти люди не гости, а тщательно отобранные ею фавориты из числа собственных слуг.
Одним своим присутствием они подтверждали то, о чём ходили слухи – Ло Иньюй любила окружать себя привлекательными спутниками. Слухи, которые, возможно, когда-то казались ему придворной сплетней, теперь оживали прямо на глазах. Андрей ощутил внутри неприятное, едва уловимое раздражение – как холодок по коже, но с примесью чего-то более острого.
Он не сделал ни единого грубого движения, но его взгляд, проскользнувший по лицам этих двоих, был достаточно красноречивым. Лёгкое пренебрежение, едва заметная тень недовольства, задержка на долю секунды дольше, чем это было необходимо – и этого хватило, чтобы даже княгиня уловила перемену в его отношении.
Молодая благородная дама, разумеется, тоже поняла этот намёк. Она привыкла к тому, что мужчины, входя в её покои, быстро теряли самообладание, а она сама могла направлять их настроение, как угодно. Но сейчас она видела, что раздражение Андрея – это не вспышка, а осознанная позиция. И при этом он не сказал ни слова, чтобы обвинить её в чём-либо, оставив ей пространство для манёвра… но и дав понять, что считает подобное окружение недостойным.
