Так как он прекрасно помнил о том, что всего лишь в нескольких ли отсюда, на другом склоне, лежал небольшой город. Мэйцзин. Это был город среднего размера, и достаточно простой. Торговцы, ремесленники, кузнецы, лекарки и ученики простейших и даже слабейших школ. За всё это время, пока Андрей здесь обитал, он уже успел там побывать… Тайно… Иногда продавал редкие травы, обменивал шкуры или минералы. Он не имел права подвергать их риску.
Поэтому он создал особое рассеивающее поле, отвязывающее внутреннюю долину от пространственной реальности, в которой существовал Мэйцзин. С силой Доу Лин это было вполне возможно сделать. Переход между ними – словно развилка реальности. Печати не пересекались, не влияли друг на друга, и не резонировали. Он даже установил "перехватывающее кольцо". На тот случай, если кто-то из сект попытается использовать духовный поиск. Он будет уводиться прочь, в сторону голых хребтов.
Закончив всё это, и вернувшись на скалу, он снова сел. Перед ним лежали три свитка. “Основы Рассекающей Пустоты”… “Копьё как вестник воли”… “Печати хода Теней”…
– Я больше не просто защищаюсь. Я готовлюсь… идти вперёд. – И в этот момент Андрей впервые почувствовал. Он больше не прячется. Наоборот. Он ждёт врагов в собственной ловушке, которая для них станет смертельной…
…………
После того как Андрей закрепился на уровне Доу Лин, он начал всё яснее чувствовать, что сила – это не только атака. Сила – это влияние. Способ навязать свою реальность другим. Он вспоминал, как однажды, во время подчинения копья Святого, это оружие не просто сопротивлялось – оно старалось его впечатлить. Даже своим присутствием. Даже в молчании.
– Это и есть подавление воли… Не удар, не проклятие, а сама суть присутствия. Значит, я должен научиться управлять этим. – Он поставил копьё вертикально в центре круга из медитативных печатей, и сам сел перед ним, в позе лотоса. Вокруг царила уже привычная ему тишина. Внутри же – постепенно нарастала пульсация.
Андрей начал с простого резонанса между своим ядром и артефактом. Он направлял волны воли в древние узоры, выжженные на древнем древке и лезвии копья. Каждая линия, каждый изгиб металла, каждая вкраплённая чешуйка, или даже сама основа – кость дракона, сейчас откликались по-своему.
Первые опыты были резкими. То копьё давило слишком сильно – вызывая даже галлюцинации, то вовсе молчало. Только через неделю ему удалось найти нужную ритмику дыхания, при которой воля начинает распространяться не как натиск, а как туман, как невидимый слой давления, проникающий в разум.
– Это не крик. Это присутствие. Как будто ты уже победил, и противник это чувствует. А значит… техника будет называться “Дыхание Копья”.
“Дыхание Копья” он разбил на три стадии, каждая из которых воздействовала на противника всё сильнее.
Первая стадия – Колебание Реальности. С её помощью сила подавления распространяется по полю боя подобно лёгкому сдвигу гравитации. Противники чувствуют беспокойство, теряют концентрацию. Это заставляет их ошибаться, терять ритм.
Вторая стадия – Тень Безмолвия. Пространство вокруг Андрея будто тускнеет, голоса глушатся, движения кажутся запоздалыми. Это уже давление на волю – с этим сталкиваются даже те, кто сильнее по уровню. Слабо подготовленные могут впасть в ступор, ощущая присутствие чего-то… выше их понимания.
Третья стадия – Призыв Судьи. В этот момент копьё поднимается над головой Андрея, и вся его воля проецируется наружу, образуя проекцию духовного острия, будто идущего сквозь саму душу. На этой стадии духовные сущности, призрачные звери, даже проклятые артефакты – преклоняются или рвутся в бегство. Живые разумные, не обладающие мощной защитой духа, могут упасть в обморок, сложить оружие или даже сломаться психологически.
Данную технику он специально записал на особом тканевом свитке, созданном из волокон травы, что росла на вершине одной из магических гор, где располагалась обитель Пяти Пиков Бессмертных. На чехле нарисовал символ копья, перечёркнутый спиралью. Знак воли, не требующей удара. А внизу он дописал:
"Пусть те, кто встанет передо мной, почувствуют… не страх, а смирение. Это не техника разрушения. Это – напоминание, что против моей воли не восстают."
…………..
Через несколько дней, глубоко в горах, севернее долины, когда обыскивал территорию на предмет того, что могло бы привлечь сюда представителей Нефритовой Луны, Андрей набрёл на расселину, из которой тянуло сыростью, гнилью и тёплой, почти липкой духовной энергией. Подошва ботинка хрустнула на камне – и откуда-то из нутра этой горной язвы донёсся тяжёлый, влажный вдох.
Он сразу понял, что внутри явно что-то есть. Что-то большое. Он не знал тогда, что местные называли это место Шепчущими Камнями, и что в их глубинах уже несколько сотен лет гнездится древняя змея, выжившая после уничтожения старой секты, которая использовала этого духовного зверя для охраны своих артефактов. Теперь же, практически полностью одичав, она питалась всеми, кто осмеливался войти на ближайшую к её гнезду территорию.
