Они увиделись только на большой перемене. Фоли, едва сохраняя невозмутимый вид, как раз спускался в школьный двор, когда увидел Дирнеса. Тот стоял на первой ступеньке лестницы, лениво опершись на перила, и перешучивался со своими друзьями, явно задиравшими его по поводу синяков. Завидев Фоли, мальчик улыбнулся и махнул рукой. Фоли, немного поколебавшись, криво улыбнулся и кивнул, поймав его взгляд, а потом указал глазами на скамейки в дальнем углу школьного двора, надеясь, что Дир поймет, что он хочет с ним поговорить. Дождавшись кивка мальчика, Фоли нервно вздохнул и, оглядевшись, пошел к искомым скамейкам.
Голые ветки кустов, ещё не покрывшиеся густой листвой, не скрывали установленные в укромном уголке скамейки и пока не привлекали влюбленные парочки. Но Фоли было безразлично, что их уединение могут наблюдать все, кому не лень.
Не заботясь о том, что может испачкать брюки, Фоли уселся на краешек лавочки, теребя рукав пуховика.
Он умудрился накрутить себя, злясь и психуя, что Дирнес так долго не идет. Но ленивая секундная стрелка на часах не успела еще и круга пройти.
– Привет! – окликнул его Дирнес, останавливаясь рядом.
– Кхм… Привет, – кивнул Фолиэш, глядя на мальчика снизу вверх. Вроде ничего, кроме ссадины на скуле, не видно. «Значит, у него все в порядке!» – вдруг успокоился Фоли.
– Как ты? М? – спросил Дир, качнувшись с пятки на носок. – Нормально?
– Да, порядок, – улыбнулся Фоли.
– Вот и славно! – лучезарно улыбнулся мальчик и шустро уселся рядышком, довольно поглядывая на омегу. – Я так боялся, что тот громила тебе что-нибудь повредил… Ну, что я не заметил. И ты вчера молчал, как на допросе.
– Нет, все хорошо, – благодарно кивнул Фоли. – Так, пара синяков на боках, да и те уже почти сошли.
– Пара синяков? – сердито вскинулся Дир. – Вот засранец!
– Да ладно, – мотнул головой Фолиэш, – несколько дней, и следов не останется. Я у папы из аптечки тайком мазь заживляющую утащил, очень эффективную.
– Ладно, будем считать, что успокоил, – криво усмехнулся Дир.
– А ты как? – Фоли тронул ссадину на скуле. – Родители бушевали? Сильно досталось?
– Ну-у, так себе, – поморщился мальчик. – Правда, пришлось по секрету отцу поведать, что тебя защищал. Ну, чтобы папочка мой не кинулся на ночь глядя разборки устраивать и твоим предкам названивать. А то, если бы узнал – был бы конец света и полный кабздец. Всех бы на голову поставил и вздрючил.
– Ясно, – хихикнул Фоли. – Тогда дважды спасибо. Не представляю, что было бы, если б мои узнали… Не, ясное дело, они тебя и так любят и в обиду не дадут… – заметив самодовольную ухмылку на лице Дира, Фоли фыркнул и щелкнул того по носу. – Не задавайся! – и, улыбнувшись, продолжил: – Любят-любят мои предки, я-то вижу… Ты у нас завидный альфа… – он покачал головой, усмехнулся. – Свалился же на мою голову.
– Ну, это я умею! – подмигнул Дирнес, толкнул парня плечом, благо, рядом сидели. – Если надо кому вовремя на голову свалиться – меня зови! – хохотнул он. А потом глубоко вздохнул и серьезно добавил: – На самом деле, я очень рад, что всё обошлось. Я так боялся, что тот засранец тебе что-нибудь повредил… Ты же тоненький такой, раз – и переломишь.
– Все хорошо, правда, – Фоли погладил его по руке. Дирнес перевернул ладонь и переплел их пальцы. – А почему ты его засранцем всё зовешь? Ты его знаешь?
– Не-а, до вчерашнего дня не знал, – хитро усмехнулся Дир. – Но с утра успел повидаться. И пробуждение я ему устроил на славу. Так что теперь могу быть спокоен, что ему в ближайшее время не до тебя будет, ему со своей славой бы разобраться.
– Какой славой? – удивился Фолиэш.
– О-ой… Ну-у… Тут такое дело… – заюлил Дир, отводя глаза.
– Какое? Колись давай! – Фоли, удивленный его поведением, хотел всё знать. В конце-то концов, это его касается самым прямым образом!
– Ну, в общем, как видишь, я с утра немного школу прогулял. Но ты не подумай, что я прогульщик, нет! Я время с пользой провел!
– Да? И как же?
– А-э… Ну-у, мне очень неловко признаваться, – покаянно вздохнул Дир.
– Не тяни!
