– Грандиозный! Я придумал, как превратить весь год в один сплошной Хэллоуин!
– Ведь… ведь… невозможно – Хэллоуин только раз в году!
– Теперь больше нет. Эта гениальная идея возникла в моей голове ещё восемьсот тридцать пять с хвостиком лет назад. У Бабушки Беспощадной есть особая простыня – Пугательная простыня. Она хранится в одном из тёмных уголков Спящего особняка.
Пока Тыквовик излагал свой план, монстры разучивали с овощными солдатами «Гимн великого злодея» и «Марш победоносных тыкв».
– Что за Пугательная простыня?
Швабрик навострил уши.
– Пугательная простыня, зелёный ты мой, – особая простыня, которая может открыть проход в мир людей. Призраки, ведьмы, чёрные кошки, вампиры используют её только в ночь на тридцать первое октября, чтобы каждый мог попугать в своё удовольствие. Остальное время они торчат на острове Страхов. Без Пугательной простыни невозможно выйти наружу. Если я заполучу эту простыню, то смогу пугать всех-всех-всех людей один!
– Кхе-кхе…
– То есть да, мы будем пугать все вместе. Только овощи, и больше никто!
– А что будет с остальными? – спросил Сочная Свёкла.
– Да кого волнуют эти остальные? Если у них не будет возможности покинуть остров, если они не будут хотя бы раз в год напоминать людям о своём существовании – то они попросту растают, как весенний снег. Ведь никто в них не будет верить, никто даже не вспомнит о том, что такое «чёрная кошка», сколько у неё лап, что ест майских жуков…
Внутри Маруси разгорелась лютая ненависть. Ей захотелось выскочить и откусить Тыквовику его сучковатый нос. Но Швабрик удержал её на месте.
– Я тебе покажу, фонарь недоделанный, – ругалась кошка, – кто тут жуков майских ест!
– Потом покажешь, – заверил Швабрик Марусю, закрывая ей морду ладонью.
– Но ты не сможешь воспользоваться простынёй, – подумав, сказал генерал. – Пугательная простыня, как я помню из ворчаний Бабушки Беспощадной, пока она поливала меня на грядке, передаётся только по линии призраков. А если ты с ними не в родстве, то никакая простыня не даст тебе воспользоваться ею. Потому Бабушка так тосковала, что у неё нет достоянного преемника.
Тыквовик расхохотался. Он смеялся раскатисто, громко и злобно. Хохотал так долго, что все от смущения замолкли. Даже овощные солдаты перестали разучивать Гимн победоносных тыкв.
– Я чего-то не понял? – уточнил генерал, когда у Тыквовика от смеха покатились слёзы и он остановил хохот.
– Не понял! Эх, дорогой троюродный братик! Ты многого не знаешь. Между прочим, у меня есть здесь преимущество.
Швабрик навострил уши: Тыквовик сейчас сболтнёт про своё слабое место или про оружие, которое способно его остановить! Мальчик даже привстал на цыпочки от нетерпения.
– Ты не можешь заполучить Пугательную простыню! – настаивал на своём генерал. – Если бы ты был дядей, кузеном, дедушкой или хотя бы внуком Бабушки Беспощадной – тогда да…
Тыквовик, самодовольно улыбаясь, перебил генерала:
– Я знаю о Пугательной простыне всё! Все тайны и все тонкости обращения с ней! Ведь я – помощник Бабушки Беспощадной…
С этого момента он намеренно заговорил громко – чтобы Швабрик его слышал.
– Бабушка Беспощадная готовила меня как своего преемника – хотела передать мне Пугательную простыню. Я был лучшим помощником, о котором она могла мечтать, но потом она разочаровалась во мне, превратила в груду тыкв и разбросала по Острову Страхов. С внуком Бабушки Беспощадной случится то же самое, уж поверь мне! Она – злодейка, злодейкой была и ею же останется. Не зря она Беспощадная…
– Это неправда! – Швабрик выскочил, не сдержавшись, из своего укрытия. – Бабушка Беспощадная, конечно, беспощадная, но она добрая. И она меня любит! И гордится мной! Ты лжёшь!!!
– Лгу? А ты сам иди у неё спроси.
У Швабрика засосало под ложечкой от страха – ему очень не хотелось знать ответ на этот вопрос.
– Боишься узнать правду? – сощурился Тыквовик.
– Я ничего не боюсь!
– Швабрик, не надо! – попросила Маруся, схватив лапами внука призраков за руку.
Швабрик грубо оттолкнул кошку и бросился напролом через кусты прямо к Спящему Особняку, оставив Марусю и овощных солдат на растерзание Тыквовику и его монстрам.
Бабушка Беспощадная, сидя в своём любимом кресле в гостиной, читала призрачную газету «Бабайка Стрит Джорнал», слушала Шестую симфонию композитора Иоганна Бабаха и пила травяной чай со страшничным эклером.
Когда Швабрик со всей силы хлопнул входной парадной дверью – так, что стёкла затрещали, – Бабушка аж подпрыгнула на месте и недовольно прислушалась к бегу ног по лестнице. Швабрик ворвался в гостиную и ногой открыл дверь нараспашку – две картины упали со стен на пол.
– Швабрик, – всплеснула руками Бабушка, – ты вошёл без стука! Приличные призраки так не поступают! Выйди и зайди опять!
– Не буду я возвращаться! – топнул ногой Швабрик.
От такой дерзости глаза Бабушки Беспощадной вылезли на лоб.
– Пойдёшь в серебряный угол! – пригрозила она, подливая себе чаю.
– А чего сразу в серебряный-то угол? Давай уж сразу преврати меня в груду овощей: кабачков, морковок или тыкв.
