Шведские спички полностью

Сна­ча­ла са­мо­дель­ный ялик Оли­вье вы­звал у де­тей лишь пре­неб­ре­жи­тель­ные взгля­ды, а по­том, ко­гда он пе­ре­сек боль­шую часть бас­сей­на, к не­му воз­ник ин­те­рес и да­же за­висть. Но, к не­сча­стью, ялик пе­ре­вер­нул­ся — ка­за­лось, он уже по­гиб. То­гда Оли­вье храб­ро сбро­сил свои сан­да­лии и за­шле­пал за ним по во­де. Ка­кая-то жен­щи­на крик­ну­ла ему вслед:

— Про­тив­ный маль­чиш­ка! Ес­ли бы те­бя ви­де­ла твоя мать… Вот по­зо­ву сей­час сто­ро­жа.

Оли­вье не от­ве­тил, вер­нул­ся, не­ся в ру­ках свой за­ме­ча­тель­ный ко­раб­лик, и стал су­шить но­ги на сол­ныш­ке. Он еще по­иг­рал с ко­ра­бель­ным вин­том, обул­ся и ушел с до­воль­ной улыб­кой.

Маль­чик бро­дил по ал­ле­ям, вос­хи­щен­но смот­рел на по­кры­тые неж­ной тра­вой лу­жай­ки, ого­ро­жен­ные шта­кет­ни­ком, лю­бо­вал­ся ис­кус­ст­вен­ны­ми уте­са­ми, це­мент­ны­ми из­го­ро­дя­ми, вы­кра­шен­ны­ми под де­ре­во, зе­ле­ным мхом у под­но­жия ста­туй, по­том ос­та­но­вил­ся око­ло од­но­го ста­ри­ка, ко­то­рый пря­мо с губ кор­мил го­лу­бей хле­бом, шел даль­ше и по пу­ти на­жи­мал на пло­ские кноп­ки фон­тан­чи­ков, пус­кав­ших струй­ки во­ды для пи­тья, сле­дил за жен­щи­ной, про­да­вав­шей ли­ло­вые би­ле­ти­ки тем, кто хо­тел по­си­деть на ме­тал­ли­че­ских стуль­ях, под­дал но­гой чей-то за­блу­див­ший­ся мяч, пой­мал на хо­ду сер­со, в ко­то­рое иг­ра­ла де­воч­ка…

На­ко­нец он вы­шел из скве­ра, гром­ко стук­нув ре­шет­ча­той двер­цей, и дви­нул­ся к рын­ку Сен-Пьер, где до­мо­хо­зяй­ки пе­ре­би­ра­ли ку­по­ны ма­те­рии, про­да­вав­шей­ся здесь со скид­кой. На ули­це Ан­д­ре-дель-Сар­те Оли­вье ос­та­но­вил­ся око­ло лав­ки уголь­щи­ка, где ка­кой-то муж­чи­на в си­ней кре­сть­ян­ской блу­зе и чер­ной шап­ке иг­рал на ак­кор­де­о­не на­род­ный та­нец бур­ре для сво­их зем­ля­ков, ко­то­рые при­ня­лись петь «Иой­ет». На ули­це Клинь­ян­кур, ря­дом с «Па­ле де Ну­во­те», два рас­клей­щи­ка афиш ус­та­нав­ли­ва­ли пе­ред до­ща­тым за­бо­ром свою стре­мян­ку. Он раз­гля­ды­вал ру­ло­ны афиш, длин­ные ци­лин­д­ри­че­ские вед­ра с кле­ем, в ко­то­рый об­ма­ки­ва­лись щет­ки. По ме­ре то­го как афи­ши, бле­стя­щие от клея, рас­пла­сты­ва­лись на дос­ках, маль­чик жад­но чи­тал, уз­на­вая, что «Го­лу­бая Пти­ца» сэ­ра Маль­коль­ма Кэм­пбел­ла ос­на­ще­на ши­на­ми фир­мы Дан­лоп, чтоСиль­вик­рин спо­соб­ст­ву­ет рос­ту во­лос, чтоар­тист Пьер Фре­ней иг­ра­ет в те­ат­ре роль Гут­та­пер­че­во­го Ва­лен­ти­на, аЛюсь­ен Мю­ра­тор уча­ст­ву­ет в ки­но­филь­ме «Не­из­вест­ный пе­вец».

Оли­вье уже дав­но ув­ле­кал­ся чте­ни­ем стен не ме­нее, чем книж­ка­ми с кар­тин­ка­ми. Всю­ду изо­бра­жа­лись де­тиш­ки, осо­бен­но час­то вот этот, ма­лыш с тра­гич­ной судь­бой, с мы­ла «Ка­дум» (го­во­ри­ли, что ре­бе­нок, чье ли­чи­ко бы­ло сфо­то­гра­фи­ро­ва­но для этой рек­ла­мы, вско­ре умер, и его мать ры­да­ла, ви­дя свое ди­тя на всех сте­нах), в рек­ла­мах встре­чал­ся и дру­гой тол­сто­ще­кий кре­пыш с пач­ки пи­та­тель­ной сме­си фир­мы Май­зе­на, той са­мой сме­си, что рас­тит чу­дес­ных де­тей, и еще один ре­бя­те­нок с бан­ки дет­ской каш­ки фир­мы Бле­дин, на­зы­вав­шей се­бя вто­рой ма­те­рью. Тут на сте­нах бы­ло так мно­го при­мель­кав­ших­ся пер­со­на­жей: негр фир­мы «Ба­на­ниа» и его воз­глас: «Ай, вкус­но!», пря­мо как с ко­ло­ни­аль­ной вы­став­ки, Пьер­ро с по­учи­тель­но под­ня­тым паль­цем, ука­зую­щим на за­бав­но со­кра­щен­ную над­пись: Le K.K.O. L.S.K. est S.Ki[7], ма­лень­кий ков­бой на си­га­ре­тах Бал­то, по­сол с мо­но­клем на ко­роб­ке си­гар «Ди­пло­мат», два маль­чи­ка — бе­лый и крас­ный — с под­но­са­ми в ру­ках на яр­лыч­ках апе­ри­ти­ва «Сен-Ра­фа­эль Квин­ки­на», ог­не­ды­ша­щий че­ло­ве­чек фир­мы Тер­мо­жен, две де­ви­цы с лам­поч­ка­ми — «ма­лень­кие Вис­со да­ют боль­шой свет!». Что же ка­са­ет­ся дев­чуш­ки с шо­ко­ла­да фир­мы Ме­нье, то ей уже ост­риг­ли длин­ные ко­сы, вы­бро­си­ли кор­зи­ноч­ку и сти­ли­зо­ва­ли бо­лее со­вре­мен­но — те­перь она про­сто тень, ко­то­рая пи­шет на сте­не.

На ули­це Ла­ба тор­го­вец крас­ка­ми мсье Пом­пон в бе­лом ха­ла­те и со­ло­мен­ной шля­пе уже сто­ял пе­ред две­рью ма­га­зи­на с яр­ко раз­ма­ле­ван­ны­ми де­ре­вян­ны­ми пан­но, об­ра­зую­щи­ми на­гро­мо­ж­де­ния гео­мет­ри­че­ских фи­гур в сти­ле са­мо­го ди­ко­го ку­биз­ма. Ко­гда Оли­вье был ма­лень­ким, этот тор­го­вец по­да­рил ему аль­бом об­раз­цов обо­ев, на из­нан­ке ко­то­рых маль­чик вы­во­дил свои пер­вые па­лоч­ки и ца­ра­пал пер­вые ри­сун­ки: кош­ки с под­ня­тым пал­кой хво­стом, ку­роч­ки, ла­пы ко­то­рых на­по­ми­на­ли цве­точ­ные ле­пе­ст­ки, ут­ки об­те­кае­мой фор­мы.