Швея из Парижа полностью

Фабьен хищно наколола на палочку сашими. А как говорят о тех, кто сидит во главе организаций и ничего не делает, только ходит по всяким ужинам? Она сдержалась, ничего не сказала вслух и при первой возможности удалилась в туалет, а когда вернулась, Джаспер перехватил ее раньше, чем она успела сесть за стол.

– Ты слишком хороша для них, Фаб, – сказал он. – Слишком.

– И почему ты такой любезный? – с подозрением спросила Фабьен.

– Потому что мне и вправду тебя не хватает. Вот только жаль, что тебе пришлось бросить меня для того, чтобы я это понял.

– Мне тоже жаль, – вздохнула она.

Джаспер коснулся ее руки.

– Помню, как мы с тобой съехались. Ты все время что-то шила. Я ездил с ребятами покататься на велосипедах, – он поднял вверх обе руки, – вроде надолго, а вечером возвращаюсь, а ты так весь день и провела за рисованием и шитьем и выглядела такой удовлетворенной, словно и не скучала по мне вовсе. Будто все, что тебе нужно для счастья, – это карандаш и швейная машинка.

– Помню. Чудесные годы были.

– Были. А потом ты стала заниматься этим все меньше и меньше – понимаю, я почти каждый вечер таскал тебя по ужинам и корпоративам, и тебе, наверное, не хватало времени, и потому ты перестала шить. И вот я смотрю на тебя, как ты сидишь здесь за столом, а лицо у тебя бледное, застывшее. Не сравнить с той красавицей, которая день-деньской сидела и шила что-нибудь.

На Фабьен словно обрушилась лавина. В памяти промелькнули те летние дни, когда Джаспер отправлялся на велосипедные прогулки на несколько часов и квартира была в ее полном распоряжении. И она, как выразился Джаспер, рисовала, и шила, и забывала поесть, чувствуя такое небывалое удовлетворение, какого с тех пор не испытывала. Фабьен носила сделанные своими руками вещи, люди замечали их, а она пожимала плечами и говорила, что это просто хобби. А раз просто хобби, то и терять нечего. А потом Фабьен начала упорно работать: выполнять обязанности, которые сейчас выполняет Шарлотта, – писать о красивых вещах, пошитых другими, готовить витрины для выставок, сопоставлять ценовые предложения, – вот так она и перестала придумывать модели, позволив скучной, однообразной работе погубить на корню увлечение, приносившее только радость.

Она наклонилась и поцеловала Джаспера в щеку:

– Ты хороший. Спасибо.

– Но Уилл лучше? – негромко спросил он, глядя ей прямо в глаза.

– Для меня – да.

– Тогда будь счастлива. – Он улыбнулся. – Иди домой. Я скажу им, что ты плохо себя чувствуешь. И буду флиртовать с Юнити так, что она обо всем забудет и не упрекнет тебя ни в чем.

Фабьен рассмеялась:

– Приятно повеселиться.

– Я оторвусь. – Он ухмыльнулся и пошел прочь.

Выйдя из ресторана, Фабьен в первую же минуту ощутила, будто сбросила с себя все ставшие ненужными одежды и ее вторая кожа – ее «я», которое она так долго скрывала, – наконец вырвалось на свободу.

Она достала телефон и позвонила менеджеру, которого назначила управлять компанией «Стелла Дизайн».

– Я еду в Нью-Йорк, – твердым голосом заявила она. – Разрабатывать новую коллекцию.

– Я переживал за тебя. – Сэм обнял Эстеллу. Она ввалилась в его квартиру в тот же вечер, когда вернулась в Нью-Йорк.

Джейни, примчавшаяся сразу после звонка Сэма, расплылась в улыбке. Однако у Эстеллы мелькнула мысль, что подруга уже не совсем та «ослепительная Джейни», которой была раньше.

– Ты какая-то грустная, – нахмурился Сэм, прежде чем Эстелла успела задать вопрос Джейни. – Что случилось?

Она рассказала друзьям о Лене. О том, что матери пришлось скрыться. Однако об исчезновении Алекса умолчала.

Друзья обняли ее и дали выплакаться. Они пытались успокоить ее, убеждали, что с мамой будет все в порядке, что Лена никогда не была бы счастлива в этом мире. «Прояви я больше доброты, тогда, возможно, последние месяцы жизни сестра была бы намного счастливее», – думала Эстелла, заливаясь слезами.

Наконец она вытерла глаза, подошла к окну и срывающимся голосом спросила:

– А вы чем занимались? Мне кажется, я много месяцев отсутствовала.

Джейни посмотрела на Сэма, и тот кивнул:

– Расскажи ей.

– Расскажи что? – озадаченно спросила Эстелла.

– Я вышла замуж. – Джейни помахала рукой, на которой красовались два массивных кольца.

– Замуж? – ахнула Эстелла. – Да ведь ты совсем недавно обручилась!

Джейни пожала плечами:

– Какой смысл тянуть?

– Я пропустила свадьбу. – Эстелла обняла ее. – Мне так жаль.

– Еще бы! Мне пришлось просить Сэма быть подружкой невесты – другой кандидатуры не нашлось.

Эстелла немного развеселилась:

– И он надел необыкновенно красивое вечернее платье?

– Необыкновенно красивое платье было на мне. Позаимствовала одно из твоих.

– Рада, что догадалась.

– И чем ты теперь собираешься заняться? – спросил Сэм.

Эстелла пожала плечами. Всю долгую дорогу из Франции она боялась об этом задуматься.

– Сначала высплюсь. А об остальном подумаю завтра.