— Или может быть уважаемая Сяо Тай потратила неприличное количество Ци на то, чтобы потопить один из моих кораблей и убить пятерых из моих людей? — голос лейтенанта Фудзина звучит холодно и сухо: — может быть госпожа Сяо Тай на самом деле — бывшая абордажница и пиратка с «Летящей Рыбы», корабля капитана Шо Разящая Длань?
— … — Сяо Тай молчит, понимая, что проиграла в го, а сейчас, вот только что — проиграла и во все остальное тоже. Значит сейчас ее будут убивать. Как обычно. А у нее Ци — на донышке души, словно немного влаги на дне кувшина, если наклонить его чтобы напиться — до иссушенных губ даже капельки воды не докатится, все на стенках останется. Есть кинжал в рукаве, если неожиданно нанести удар, то может быть и выгорит. Но что делать потом? Придется сражаться со всей командой его двух кораблей? Или по-быстрому спустить шлюпку с борта и вместе с Кайсеки — отчалить к берегу? Потому что сдаваться — точно не вариант. Сдаваться в руки местного правосудия… видела она результаты этого правосудия, вон, вдоль дорог висят в бамбуковых клетках. А перед этим местные мастера Тихих Криков всю душу в пытках вымотают… уж лучше «убита при попытке оказать сопротивление представителю власти», чем такое. Стыдно, конечно, будет в глаза сестрице Ли Цзян смотреть будет… но что поделать, если выбора-то и нет?
Она запускает правую руку в широкий рукав левой, нащупывая рукоять кинжала и перехватывая его поудобнее. Сейчас — чуть привстать, отвлечь его внимание, посмотрев в угол, на госпожу Черный Март, изобразить на лице удивление или даже страх, а когда он — повернет голову — ударить кинжалом в горло!
— Пожалуйста. Не стоит пытаться… что там у вас в рукаве, госпожа «Первая среди Багровых»? Нож? — в руке у лейтенанта Фудзина появляется короткий клинок. Черт, думает она, мы на расстоянии около двух с половиной метров, черт бы побрал эти китайские церемонии, а я еще и сижу. Если бы мы были чуть ближе, то преимущество было бы у кинжала, длинный клинок тут бесполезен и даже вреден. Однако в руке у него не большой меч да-дао, и даже не цзянь, с длинным, прямым клинком. В руке у лейтенанта — короткий абордажный тесак, таким удобно орудовать в тесноте корабельных помещений. Сам факт что он держит именно такой клинок — говорит о том, что это — засада. Он все продумал.
— Я не собираюсь сдаваться в руки правосудия. — предупреждает его она, лихорадочно перебирая варианты. У нее мало Ци, но может она хотя бы сможет — укрепить кожу и кости на левом предплечье достаточно, чтобы выдержать удар? Тогда правой рукой, кинжалом — она сможет достать его глубоким прямым выпадом прямо в сердце.
— Правосудие? Правосудие в Поднебесной может нести различные формы. — лейтенант Фудзин медленно опускается назад, на мягкие подушки, все еще сжимая в руке абордажный тесак: — очень разные формы. Сын Неба ценит таланты и готов принимать на службу людей несмотря на их прошлые прегрешения. Лучше приблизить непокорного тигра, чем возвышать барана.
— Господин лейтенант говорит о том, что… — она колеблется, сжимая рукоять кинжала. Драться ей совсем не хочется и если есть шанс избежать этого…
— Предлагаю перемирие. До тех пор, пока я нахожусь с визитом на «Орхидее» — я не сделаю попытки арестовать госпожу Сяо или же напасть на нее. А госпожа Сяо в свою очередь — тоже откажется от мысли провертеть во мне дырку кинжалом, который она прячет в своем рукаве. Как насчет такой сделки? Мы хотя бы сможем поговорить. — молодой мужчина убрал ладонь с рукоятки абордажного тесака.
— Хорошо. — она в свою очередь — вынимает руку из рукава. В руке — ничего нет, кинжал остался в рукаве.
— Что же. В таком случае… госпожа Черный Март? — возле ее столика появляется Черный Март и снова наливает ей чаю. Она — подносит чашку к лицу и вдыхает терпкий аромат заваренных листьев. Возможно, она все же умрет… не прямо сейчас, так чуть позже, потому имеет смысл насладится хорошим чаем напоследок.
— Госпожа Черный Март умеет заваривать хороший чай. — говорит лейтенант Фудзин: — этого у нее не отнять.
— Так вот почему господин лейтенант ходит именно к госпоже Черный Март. — наклоняет голову Сяо Тай: — она умеет заваривать чай?
— Ха-ха-ха! — покатывается со смеху ее собеседник: — ты слышала?
— Когда господин Фудзин в первый раз выбрал меня — я не умела заваривать чай. — тихо сказала госпожа Черный Март: — если бы не господин Фудзин, меня бы продали на берег. Кому нужна однорукая и старая женщина? Но благодаря тому, что он сделал меня своей — у меня теперь всегда есть кров над головой и рис на столе.
— А после окончания ее контракта с «Орхидеей» госпожу Черный Март ждет ее собственный дом на континенте. Не такой уж и шикарный, но — собственный. И деньги для того, чтобы скоротать обеспеченную старость. — дополняет Фудзин: — она мой верный спутник на протяжении вот уже… пяти лет, да? И заслуживает лучшего.
— И… вас это устаивает? — Сяо Тай бросает быстрый взгляд на госпожу Черный Март. Ничем не примечательна, только руки нет. Старая, однорукая… у него такой фетиш?
