Миссионеры хорошо отзываются о нравственности китайских женщин; говорят, что нарушение верности замужними женщинами – большая редкость, между тем мужчины отличаются большою распущенностью нравов. Семейная жизнь китайской женщины часто бывает очень тяжела, и потому самоубийства между китаянками очень часты. Самостоятельная жизнь для китайской женщины немыслима, и потому жены часто отравляются после смерти своих мужей. В последнем случае отравления часто, может быть, совершаются не только вследствие причин экономических, но также и потому, что китайское общество принимает самоубийство вдовы с уважением; по крайней мере, я где-то в европейской литературе о Китае встретила такое сообщение.
Вероятно также, что причину частых самоубийств в Китае нужно искать и в привычке к куренью опиума. По словам миссионеров, страсть эта распространяется в Китае с каждым годом все более и более. Теперь часто курят и женщины, и даже дети, девочки, и начинают курить все раньше и раньше. Дом, в котором мать – курильщица, мне кажется, можно узнать сразу; вообще в Китае грязно, дети оборваны, но там, где мать курит, все это еще в десять раз хуже. Курильщики, по крайней мере, треть дня не принадлежат себе; они томятся желанием курить, делаются при этом вялыми, многие начинают страдать разными болями, – у кого болит голова, у кого желудок, и каждый такой человек старается бросить все дела, улечься на кан и устроить прибор для курения; накурившись, человек остается с час времени или более в состоянии дремоты, а некоторые при этом крепко и тяжело засыпают, и уже после этого у них наступает период оживления. У иных этот период малозаметен или бывает непродолжителен, у других, напротив, напоминает опьянение, – человек делается болтлив, весел, склонен к пению. Самое страшное в этой привычке, кажется, то, что курильщику необходимо постоянно увеличивать свою порцию и курить все чаще и чаще.
Курильщику трудно бывает самому поддерживать свою трубку, поправлять огонь в лампе, подкладывать опиуму, равномерно подогревать его, – вот почему курильщики-мужья часто требуют от своих жен раскуривания трубки и, таким образом, втягивают и их в привычку курить, а матери для той же цели привлекают к этому своих детей. От курения опиума развивается нервность: дети у матерей-курильщиц родятся, большею частью, болезненные, плаксивые, раздражительные, а для успокоения ребенка ему опять дают опиума, внутрь. Курение опиума распространено больше в тех округах, где сеют мак и приготовляют опий дома; там он, конечно, дешевле. Свежий опиум не так вреден; особенно разрушительно действует на здоровье опиум, получаемый из остатков в трубках; а такой, в большинстве случаев, курит городской бедняк.
Раз, в одном из китайских городков, расположенных в Монголии, мы зашли осмотреть мельницу. В обширном сарае, в одном углу устроен жернов, вокруг которого ходил осел с завязанными глазами и стоял хозяин; в другом углу с потолка было подвешено сито и под ним стоял ларь, в который падала просеваемая мука. Китаец сидел перед ларем и раскачивал сито руками. Осмотрев это хозяйственное заведение, мы вошли в другую, смежную дверь, также отворенную с улицы; здесь нам пришлось увидать семейство мельника.
На нарах, в этой совершенно пустой, закоптелой и без признаков какого-нибудь хозяйства или имущества комнате, лежала женщина с новорожденным ребенком. Мать, казалось, спала; ее лицо и лицо ребенка было зеленоватого землистого цвета, а у последнего, сверх того, оно было какое-то сморщенное, точно печеное яблоко. Лохмотья, в которые были одеты и мать, и ребенок, тоже были под стать: какого-то неопределенного от грязи цвета; только и выдавались из всего этого маленькие, некогда пунцовые башмаки на изуродованных ногах женщины, по-видимому, никогда не снимавшиеся. Это была курильщица опиума. Бедность этого семейства происходила, вероятно, вследствие этой несчастной страсти хозяйки; в Монголии опиум часто продается на вес серебра, т. е. золотник опиума продают на золотник серебра, «и цен, и цен» «и лан, и лан», как говорят китайцы, один цен, один цен.
