Вдалеке, на повороте, показалось невысокое светлое здание. Андрей понял, что это и есть разъезд Наледный – конечная точка их пешего пути. Подойдя вплотную, он заметил, что здание выглядит совсем новым, свежевыкрашенным, но в нём нет ни одного окна, а на обоих дверях висят огромные амбарные замки. Вообще, здание скорее напоминало миниатюрную тюрьму, а не станционную постройку.
– А здесь никого нет? – спросил он у Николая, прислоняя свой рюкзак к стене постройки.
– Всех сократили. Теперь один служащий на десять разъездов! – ответил Николай, присаживаясь на бордюр, окаймляющий подобие клумбы, в которой ничего не росло. – В лучшем случае раз в неделю сюда завозят смотрителя!
– А как же оно работает? – спросил Андрей, указывая на множество семафоров и каких-то непонятных ящичков у железной дороги.
– А всё автоматическое. Поэтому и сократили персонал.
И в этот момент, будто услышав слова Николая, здание «заговорило»:
– Осторожно, состав с запада на восток! Осторожно, состав с запада на восток!
– Наш поезд? – встрепенулся Андрей.
– Да нет, это автоматика барахлит! – рассмеялся Николай. – Может, ветер, а может, медведь рельсы перешёл.
– А на нас почему не отреагировало? – удивился Андрей, садясь рядом с Николаем.
– А в нас весу мало, плохо ели!
– Ладно, нас двое, да ещё с рюкзаками – вместе как раз один вполне упитанный мишка получается! – не унимался Андрей.
– Ну не знаю. Эта штуковина часто барахлит. Хорошо, хоть поезда под откос не скидывает! – продолжал шутить Николай. У него было хорошее настроение и ему хотелось как-то приободрить товарища, который выглядел уставшим и замученным.
– Тут как-то случай был: женщину, БАМовского работника, забыли забрать с этого разъезда, – с увлечением начал рассказывать Николай. – То ли по пьянке, то ли по чьей-то халатности. В общем, тётку эту медведь загнал в здание и три дня осаду держал, ждал, когда выйдет. Хорошо, родственники панику подняли, приехали за ней – а тут медведь! Пришлось убить, не разрешал к дверям подойти!
– Представляю, как женщина натерпелась! – сказал Андрей и вспомнил своего ночного гостя, рвавшегося в избу на Куанде.
– Да, говорят, поседела раньше срока и уволилась потом с этой работы.
Андрей встал и решил вместо сапог надеть ботинки, а заодно – поменять штаны. В рюкзаке имелись запасные, от энцефалитного костюма. В этих, с отрезанной брючиной, было совсем неудобно показываться людям на глаза.
– Да ты не переживай! Недаром этот поезд «бичевозом» называют. Тут и не в таком виде народ ездит! – хотел успокоить Николай товарища, увидев, что тот затеял.
– Нет, я уж надену другие – всё равно тащу на себе! – не согласился Андрей, вытряхивая содержимое рюкзака.
За этим процессом внимательно наблюдал Николай.
– Ну что, плёнка не намокла?
– Вроде нормально. Всё мокрое, а плёнка и документы сухие!
– Ну и хорошо…
