Он не спеша разрезает батон на две части вдоль. Одну половину густо намазывает маслом. Сверху покрывает толстым слоем паштета, выдавливая его своей огромной лапищей из тубы, которая в его руках кажется игрушечной пипеткой.
Всё это время женщина в полной тишине завороженно смотрит на эти манипуляции.
— Петровичем зовите, — говорит мастер. Видимо, наконец-то пришло время хоть как-то проявить себя.
— Товарищ… Нет, господин… Ой, что это я? Петрович, там моя машина… Вы её смотрели…
— Смотрел, — откусывая необъятных размеров кусок бутерброда, соглашается мастер.
— Мне в салон ещё, — робко напоминает женщина.
— Помним… — аппетитно жуя и причмокивая, кивает Петрович.
— Так, может…
— Может, — он запивает бутерброд холодным чаем из жестяной кружки.
— Салон… — женщина почти в отчаянии.
— Успеем.
— Уже полчаса вас ищу.
— Чего меня искать? Я тут, — дожёвывая бутерброд, говорит Петрович.
— Салон же…
В этот момент в подсобку заглядывает худенький паренёк, одетый в такой же, как и мастер, промасленный комбинезон. Он ненадолго задерживает взгляд на женщине, на её короткой шубке, юбочке, сапожках… Потом молча кивает Петровичу и тут же исчезает за дверью.
— Двести долларов, — говорит Петрович.
— Что?
— Двести баксов.
— За что?
— За работу.
— Как двести? — растерялась женщина. — Один мужчина сказал, там копеечное дело.
— Что ж он не сделал?
— Такой… Просто прохожий.
— Вот, — доев бутерброд, Петрович с удовольствием отрыгнул. — А здесь…
Он глубоко вздохнул и со всего маху шандарахнул огромным кулаком себя прямо в грудь. Раздался глухой звук, словно ударили по пустой бочке. Женщина невольно съёжилась, зажмурила глаза, будто это он не себя, а её так огрел. Хотя, если бы на самом деле это произошло, то, думается, машина, равно как и спа-салон, ей были бы уже не нужны.
— А здесь, — надув щёки, с шумом выдохнул Петрович, — механик, мастер, можно сказать, своего дела.
— Простите, конечно же… — понуро пробормотала женщина и замолчала размышляя:
«Куда деваться? Машина дёргается. Ехать так дальше невозможно. На другую станцию с такой неполадкой можно не доехать. Да и где гарантия, что там будет дешевле?»
Наконец решившись, обречённо добавила:
— Я согласна.
— Знаю, — Петрович вытер губы рукавом видавшей виды рубашки. — Деньги!
— Что деньги? — вконец растерялась женщина.
— Деньги за работу.
— Так вы же ещё… Или деньги вперёд? Да, да, понимаю. Сейчас везде так, оплата вперёд. Одну минуточку… — женщина раскрыла сумочку и принялась в ней лихорадочно рыться.
— Мы вперёд не берём. Всё ужо отладили.
— Она ж чихала как простуженная… — напомнила женщина.
— Вылечили, — заверил, складывая остатки еды в целлофановый мешок, мастер.
— Но когда? — опешила женщина.
— Тогда. Здесь вам не там. Проверяйте. Гарантия три месяца или пять тысяч пробега. Бирка в моторном отсеке. Деньги!
Рассчитавшись, женщина с недоверием села в автомобиль. Завела. Мотор запел, словно песня. Выжала сцепление, включила передачу. Машина плавно тронулась с места. На радостях женщина бикнула и приветливо помахала рукой. Петрович, провожая клиентку взглядом, лишь кивнул в ответ.
— Петрович, я ей топливный фильтр итальянский поставил, не китайский. Правильно? — за спиной Петровича вырос всё тот же худенький паренёк.
— Хм-м, — усмехнулся мастер, — понравилась дамочка-то? Ну-ну… Ладно, поставил и поставил. Бензина-то сколько залил?
— Литров десять. По первости хватит. Петрович, а как вы поняли, чем транспорт этой дамочки болен?
— Настоящий специалист должен всё видеть, каждую мелочь замечать, — принялся пояснять мастер. — Внизу, под крышкой заправочной горловины на её авто свежие подтёки. Она ещё въезжала, я этот факт сфотографировал. Значит, только что заправлялась.
— Приехала она со стороны пригорода… — продолжил мысль наставника юноша.
— Вот именно, — кивнул Петрович. — Заправка в той стороне, частная, километрах в десяти. Автозаправщик у них один. В нём и соляру перевозят и бензин — по надобности. Вот и помешали малость. Да ещё наша дамочка, как пить дать, заправлялась, когда топливо с заправщика сливали. Вся муть со дна поднялась и прямо в бак её «фиата». Фильтр забился, топлива стало не хватать, вот машина и дёргалась как припадочная. Чего ж тут сложного?
— Ну вы ас, Петрович! Просто Шерлок Холмс и доктор Ватсон в одном лице! — с восхищением воскликнул молодой человек.
— Одно слово — женщины… — вздохнул Петрович.
— Женщины… — следом вздохнул и молодой человек. — А ведь кто-то её… ждёт по вечерам с работы… трогает…
— Слюни-то подбери, — незлобиво буркнул Петрович. — Ишь, губы раскатал. У тебя рыженькая Катька есть.
— Дык я ничего такого… У меня ж Катька, — тут же согласился паренёк. — Просто красивая… И машина у неё…
— Вот именно… Женщинам нужно не только на новых машинах ездить, на таких, чтоб не требовали устранения всяких неполадок, но и мужика с головой на всякий такой случай при себе иметь или…
— Что или? — преданно глядя на учителя, спросил юноша.
