«Говорят, женщины приносят огромную пользу, даже если они обещают и не приходят, — успокоил он себя, — тогда и зубы вычищены, и выбрит гладко, и спишь в чистой постели…»
Улыбнулся своим мыслям:
«Лезут же всякие глупости в голову!»
Встал. Сделал пару наклонов вперёд. Подхватил гантели. Поднял несколько раз. Положил на место. Лёг на пол. Отжался. Приведя себя таким образом в рабочее состояние, направился в ванную комнату…
Не было золотых серёжек и роскошного колье, букета цветов, бутылки шампанского и коробки конфет, как не было пусть даже небольшого застолья — на это просто жаль тратить время. Да и зачем? Всё эти атрибуты не нужны, если есть два существа, которые необходимы друг другу. Если есть два пламенных сердца, две мечущиеся в беспокойстве души, ищущие выхода чувств в бурности, открытости и доступности.
Ровно в назначенное время раздался звонок домофона. Ксения ждала у открытой двери. Николай влетел в квартиру, словно вихрь. Возбуждённо-родной. Вкусно пахнущий. Не парфюмом. Собой. От него струился едва уловимый аромат темперамента, неугомонности, напора. Кто бы тут устоял? Никто и не пытался.
Какое-то время они смотрели друг на друга, застыв. Не вспоминая. Не изучая. Впитывая.
Ксения подготовилась к встрече. Надела, как любил Николай, свободную блузку, короткую юбочку-разлетайку и чулочки. Он очень любил, когда она была в чулках. А что не сделаешь для любимого!
Николай был в тонкой рубашке и светлых брюках. Не сказать, что Ксении было всё равно, что надето на Николае, но знала, он меньше всего придавал значения моде. Удобно, комфортно сидит, тепло в холод, прохладно в жару — это были главные критерии, по которым он подбирал для себя одежду.
Первым не выдержал Николай. Сделал шаг вперёд. Обнял не сильно, но волнующе. Едва коснулся губами кончика носика Ксении. Резко присел. Погладил ножки. Перебирая пальцами, не спеша поднимался всё выше и выше. Дошёл до пояска, которым заканчиваются чулки. Потёрся щекой о коленки. Прикрыв глаза, Ксения нежно перебирала его густую тёмно-каштановую шевелюру…
Никого и ничего не существовало для них в этот момент. Сейчас на всей Земле были только они, их неуёмные чувства и неудержимые желания.
За всё время они не произнесли ни слова. Некогда было, да и нечем. Задействованы все части тела, органы, чувства. А вот желание было одно — получить всё как можно быстрее, подольше и по максимуму…
Как бы ни было хорошо, рано или поздно всё заканчивается. Прошло несколько часов их необузданных ласк. Выплеснутая энергия обволакивала тела приятной усталостью и сладкой истомой.
Ксения, ещё прерывисто дыша, лежала на плече Николая. Крепко обнимая и прижимая к себе, она осторожно покусывала его. Прикрыв глаза, Николай поглаживал её плечико и изредка целовал волосы, с наслаждением вдыхая аромат знакомого тела…
— Ты сейчас уйдёшь? — спросила Ксения.
Кажется, это было первое предложение, произнесённое вслух за всё время встречи.
— Как же иначе? — не прекращая ласк, удивился Николай.
— Коль, вот ты сейчас уйдёшь, а мне что делать?
— Что ты предлагаешь? Мне развестись?
— Зачем спрашиваешь? Ты никогда этого не сделаешь…
— Что тогда?
— Не знаю. Уйдёшь к семье. А я останусь одна. В пустой квартире. Не хочу! Сколько раз себе говорила, пора заканчивать наши отношения. Так будет лучше и правильней.
— Сможешь? — Николай приподнял её голову за подбородок и поцеловал в губы.
— Смогу! — заверила Ксения.
— Глупышка! Ну чем нам так плохо?
Он на самом деле этого не понимал. Ведь всё так чудесно, прекрасно и чувственно. Зачем что-то менять? Жена больна. Оставить её в таком положении просто подло. Но и отказаться от Ксении — выше всяких сил. Что делать?
— Плохо. Мне очень плохо, — Ксения едва сдерживала слёзы. — Ну нет тебя и нет. А так придёшь, растормошишь, а потом пропадёшь на неопределённое время. Не могу я так. Не хочу!
«Ну чего ей не хватает? Любви? Или чувства собственника превалируют? Или… Сама не знает, чего хочет! Стараюсь изо всех сил не обижать, вниманием не обделять. Всё не так. Всего мало…»
— Пушкина читала? Сказку «Золотая рыбка» помнишь?
— Ну и пусть! — Ксения была непреклонна. — Это у разбитого корыта остаться плохо, когда в руках был замок. Когда же замка никогда не было, то корыто — это как бы норма.
— Вот именно, как бы норма. Но до нормы очень даже далеко. Жизнь проходит. Нам с тобой не по двадцать лет. Если нет гербовой, пишут на обычной. Или ты максималистка? Всё или ничего!
«Не слышит. Ничего не слышит, сладкий мой Коленька… Да и какой он мой? Так, гость для здоровья на пару часов…»
— Не понять тебе этого. Пришёл, своё дело сделал, удовольствие получил и пропал до следующего раза.
— Ты прекрасно знаешь, использую любую возможность.
Всё что могу. А удовольствие? Разве только я получил? Ты здесь вовсе ни при чём?
«При чём, Катенька. Очень даже при чём. Оттого-то так больно…»
— Тебе пора уходить. Жена ждёт, — Ксения высвободилась из его объятии. — Иди в ванну, смой меня с себя…
