— Начал читать без вас, уж извините, но готов прослушать ещё раз… Что, обед не понравился? — видимо, уловив моё настроение, проникся он ситуацией.
И опять в самую точку. Именно так моё настроение можно было и выразить: везёт — не везёт. Вновь случайность? Как он это делает? Позвольте, один раз — случайность, второй, третий. … Нет, тут надо бы умение…
— Отчего же… — пора было взять себя в руки, а то раскис как кисейная барышня. — Рассказ, говорите? Давайте глянем.
Присев, развернул ноутбук к себе. И, дабы скрыть все свои чувства, незамедлительно принялся читать вслух.
— У Веллера есть нечто подобное в книге «Легенды Невского проспекта». Человек же, поведавший эту историю, утверждал, что никакая это не легенда, и произошла на самом деле с приятелем. Как бы там ни было, это совершенно не умаляет сути случившегося. Итак… Нельзя сказать, что Анатолию панически не везло…
Нельзя сказать, что Анатолию панически не везло. Бывало, конечно, всякое. Но чтобы вот так…
Было тогда ему лет восемнадцать, и случилось всё аккурат перед армией. Жил он в двухкомнатной квартире типовой пятиэтажки вдвоём с матерью. Та и попросила его покрасить батарею перед зимним сезоном. Выдала кисточку, краску и со спокойной душой ушла на работу.
Анатолий был послушным сыном — как-никак единственный мужчина в доме. Кто, если не он, матери поможет?
Разгар лета. На улице жара под тридцать. В доме тоже не меньше. Раздевшись почти донага, Анатолий с должным прилежанием принялся выполнять поручение, оставшись не в узеньких плавках или обтягивающих боксерах, а, как советовали из соображений гигиены и терморегуляции (читал об этом в каком-то журнале), в свободных семейниках.
Сидя на корточках, он старательно водил кистью по батарее.
Если бы у Анатолия были глаза на затылке, то он наверняка бы увидел, как его огромный рыжий кот Васька с интересом следит за непонятным предметом, болтавшимся между ног хозяина.
Но у человека глаз на затылке нет, потому Анатолий не заметил, что через какое-то время в Ваське проснулся охотничий инстинкт. Он распластался по полу и постарался слиться со средой. Затем замер и принялся неотрывно наблюдать.
Немного выждав, котяра, видимо понял, что без такого трофея дальше жить не сможет. Поэтому подобрался в туго закрученную пружину, поднапрягся, зад его судорожно завибрировал и… мгновенно сорвавшись, домашний хищник неудержимой молнией метнулся на добычу, безжалостно всадил острые когти в нежную мякоть и попытался тут же ретироваться, прихватив добычу с собой. Но…
Как только острые, словно кинжалы, когти вонзились в столь чувствительный и особо важный для каждого мужчины орган, Анатолий, пронзённый болью, от неожиданности рванулся, заорал благим матом, да так, что, казалось, даже стены в ужасе содрогнулись, взвился на месте и прямиком со всего маху врезался головой в острое ребро чугунной батареи…
Перед глазами забегали искорки, тут же вспыхнувшие мириадами звёзд, и моментально слившиеся в один огромный огненный шар, а в мозгу громыхнуло так, что, казалось, внутри разорвалась минимум атомная бомба.
Анатолия отбросило назад, и он, потеряв сознание, распластался на полу.
Ничего не понимающий рыжий кот, поджав хвост, с округлившимися от страха глазами в испуге забился в угол.
Если бы только на этом все несчастья закончились…
Представьте себе такую картину. Через какое-то время приходит на обед мать и видит: на полу в луже крови лежит без сознания её сын, а рядом, поджав под себя хвост, дрожа всем телом, скалясь и беззвучно разевая пасть, безумным взглядом на неё таращится кот Васька.
Первое, что пришло в голову, — оборотень! Но поначалу не было даже сил принять хоть какие-то адекватные меры. Припомнила осиновый кол, серебряные пули… Да где всё это взять? К тому же на дворе двадцать первый век, а не забитое полуграмотное средневековье… Чушь собачья!
Придя в себя после шока, она заметалась по кухне, не зная, что предпринять. В смятении открыла кран, набрала холодной воды в рот и что есть силы прыснула на сына. Ничего не произошло, парень остался неподвижным.
— Сыночек, что делать? — запричитала она. — Вот бе-да-то!
Наклонилась над Анатолием, прислушалась.
— Дышит!
Вспомнила, что в этом случае неплохо бы дать понюхать нашатырный спирт. Ринулась за аптечкой, вытряхнула из неё содержимое и, не став ничего искать, тут же бросилась к телефону:
— Алло! Скорая?
Ещё до приезда медиков, следуя советам врача по телефону, мать привела сына в чувство.
— Что это было? — едва открыв глаза, спросил Анатолий. — Мам, мне так больно…
— Что болит? Где? — мать поискала взглядом рану. Но понять что-нибудь было совершенно невозможно. Кровь была повсюду.
— Везде… — обречённо признался Анатолий.
— Что случилось, сынок?
