— Госпожа, вы хотите уехать отсюда? Куда вы собираетесь? — напрямую спросила меня девушка, пока мы допивали остатки «верблюжьего» кофе. — А могу поехать с вами?
«Эх… последние крупицы. Такого больше не будет, Твиг». Запах напитка снова напомнил о его дарителе. О вкусе его губ и о разбитой чашке.
— Очень далеко. Так далеко, что тебе и не снилось, Дине, — вздохнула я. — А тебе лучше остаться и ждать меня тут.
— Но вы вернетесь?
Вернусь ли я? Буду ли я прежней, как и будущее, которое я хочу изменить? Может быть, мир, который я знаю, перестанет существовать. Я никогда не поступлю в Академию, а Дине сгниет в «веселом» доме… Кто знает? Маленький камень создает круги на воде, и они расходятся все дальше и дальше.
Что я знаю? Какие будут последствия у моих действий? И как все рассчитать заранее… Я не знала, какие ошибки допустила в прошлый раз. И до этого. И еще раньше. Двадцать две попытки, ни одна из которых не увенчалась успехом.
В прошлый раз я знала о своих ошибках, но все равно не избежала новых. А теперь я ничего не помнила. Шансы мои стремились к нулю.
Вопрос служанки так и остался без ответа.
Так минула еще одна неделя неопределенности.
Наверное, мои охранники расслабились, привыкнув к распорядку. Не ожидали, что может случиться что-то непредвиденное. Не знаю.
Однажды после занятий я сходила в торговые ряды, чтобы купить свечи и масло для ламп. Я оплатила покупки и попросила доставить их на дом.
В лавку следом за мной зашел мужчина в плаще, капюшон которого скрывал лицо. Не придав этому значения, я попыталась пройти мимо. Он придвинулся поближе и сжал мою руку, удерживая меня на месте.
Урук! На меня смотрел довольно молодой мужчина, безбородый, характерно смуглый и слегка горбоносый, с темными косами, ниспадающими на грудь, концы которых скрывались под плащом. Он тоже внимательно разглядывал меня.
— Кто вы?! — возмущенно прошипела я ему в лицо, догадавшись, что он пока не собирается причинять мне вред. — Немедленно отпустите меня.
Он понимал всеобщий, поэтому разжал свою хватку и отступил на шаг. Я надеялась, легионеры сообразят, что случилось, когда мы выйдем наружу. Вряд ли они догадывались, что творится за закрытой дверью в лавку. А торговец очень некстати ушел на склад за товаром.
— Женщина, не молодая и не старая, — сказал урук, махнув рукой и указав на мое лицо и волосы. — Синяя накидка. Целитель. Ты должна пойти со мной.
— Зачем?
— Ты нужна нашему шаману.
— Но зачем?! — только возмутилась я, как он приложил руку к моим губам, призывая к молчанию.
— Женщина слишком много говорит. Идем, — он снова взял меня за руку и потянул за собой на выход.
Отлично! Сейчас меня спасут. На выходе я стала озираться, высматривая своих охранников, но их почему-то не было. Куда же они делись? Сдавленный стон со стороны переулка… Там кто-то ранен? Он что, вывел из строя имперцев? Я дернулась туда, но урук властно придержал меня, а под плащом блеснул нож.
— Быстрее. Идем, идем, — поторапливал меня он, как норовистую лошадь, которая сама не понимает, что от нее требуется.
Пока я шла за ним, я перебирала способы, которыми могла бы от него избавиться. Физически он больше и сильнее, чем я.
Идея высосать энергию не обсуждалась. Мне не хотелось проверять, насколько хватит Императора, чтобы снова меня помиловать. Испытывать пределы его терпения я не хотела. При одной только мысли о магических оковах меня пронзала дрожь.
Хотя… Кое-что можно было сделать. Например, обездвижить, как Суэрте. За это меня точно наказывать не будут. Я тут же попыталась осуществить задуманное, как вдруг наткнулась на неожиданное препятствие. Моя Сила не могла овладеть его телом, как будто что-то мешало. Амулет? На груди и руках у моего похитителя явно что-то было. И это что-то мне мешало.
Урук остановился и повернулся ко мне, отпустив мою руку.
— Женщина шаман? — удивился он.
«А как же. Тут целая академия таких шаманов». Я неопределенно мотнула головой, а он раздумывал, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Э… Меня зовут Твигги, а вас? — решила я наладить контакт.
Может быть, все не так плохо, и удастся договориться с ним полюбовно. Если он не убил меня и уговаривает пойти с ним, значит, на это есть шансы. Урук внимательно посмотрел на меня и все-таки решил представиться:
— Битайе.
С этими словами он приложил руку к груди. Очевидно, это указывало на его добрые намерения.
— Битайе… Битайе, — повторила я, пробуя имя на вкус. Интересно, что оно означало? Как жаль, что Дине почти не знала своего родного языка. Урук вздрогнул, когда я назвала его по имени, и прижал руку к моему рту, призывая к молчанию.
— Накаль, — сказал он.
«И что бы это значило?» Он приказал молчать? Я вопросительно посмотрела на него, задрав голову. Что за напасть! Всю жизнь я смотрю на мужчин снизу вверх.
— Ты Накаль. Маленький чужак, — пояснил урук. — Я — Битайе, Птичье перо.
— О…
Битайе, не дожидаясь ответа, снова схватил меня за руку и потащил за собой пустыми переулками. Очевидно, мы двигались в сторону Нижнего города.
