— Ты ищешь девочку, — помолчав, сказал Аркадий.
Это был не вопрос — утверждение. К тому же из тех, которые Тимофей относил к разряду «дурацких» и отвечать на которые не считал нужным. Он и сейчас промолчал. И Аркадий молчал, ожидая, — он-то не знал Тимофея.
Пауза затягивалась. Лица Аркадия Вероника не видела. Тишино лицо, как обычно в присутствии посторонних, не выражало ничего.
Веронике начало казаться, что с каждой секундой молчание становится все гуще, все недовольнее. И что в следующую секунду этот псих может полоснуть ее по горлу просто так — со злости, что ему не отвечают.
— Да! — не выдержав, крикнула Вероника. — Да, мы ищем девочку!
Кажется, Аркадий ждал именно этого.
— Вам ее не найти, — тихо сказал он.
И если до сих пор Вероника молилась, чтобы Тиша ему ответил, то теперь взмолилась о прямо противоположном: молчи, пожалуйста! Умоляю, молчи! Без этих вот твоих «мы здесь собрались для того, чтобы поговорить об очевидных вещах?». Не беси его!
— Да-да, — снова торопливо вмешалась она, — мы понимаем, что не найти. Но…
— Предлагаю перейти к делу, — оборвал ее Тимофей.
Он смотрел на Аркадия. Кажется, теперь уже они оба перестали замечать Веронику. И от этого, как ни странно, стало спокойнее.
— Отдай компьютер, — сказал Аркадий.
«Что?» — чуть не спросила Вероника. Потом сообразила. Аркадий говорил о ноутбуке, который Тимофей держал на коленях.
— Подумаю об этом, — светски кивнул тот. — Что-нибудь еще?
— Еще телефоны. Твой и девки.
— Допустим, — снова кивнул Тимофей. — И что произойдет после этого?
— После этого ты расскажешь мне все. Кто ты такой, для чего за мной шпионишь. Как меня вычислил и что известно ментам.
Тимофей прищурился — пожалуй, впервые за всю беседу проявив подобие эмоций.
— Вариант, что мы агенты под прикрытием, а вон в тех кустах затаилась опергруппа, не допускаешь?
Аркадий странно, сухо рассмеялся.
— Опергруппа уже орала бы в мегафон: сдавайтесь, сопротивление бесполезно. Я на дешевые разводки не ведусь.
Тимофей пожал плечами:
— Жаль. Но я должен был попробовать… Что ж, подведем итоги: информация в обмен на девочку. Мы рассказываем тебе все, а ты отдаешь нам Настю. Правильно я услышал?
— Нет, — отрезал Аркадий. — Вы мне информацию, я вам адрес, где находится девочка. Только сначала отвезете меня, куда скажу.
— Гарантии?
— Никаких, — ухмыльнулся Аркадий. — Прямо, до ближайшего перекрестка. Там направо.
«Вы отвезете меня, куда скажу, и расскажете мне все. А после этого я зарежу вас обоих»…
Неужели Тимофей не понимает?! Вероника дернулась — повернуться к нему. И тут же к шее прикоснулся холодный металл.
— Смотри на дорогу, — приказал Аркадий и надавил на нож.
Вероника сумела не вздрогнуть. Светофор горел зеленым, и она чуть придавила педаль газа, чтобы не пришлось резко тормозить с ножом у горла.
— Говори, — приказал Аркадий Тимофею. — Слушаю. Откуда ты взялся?
— Меня нанял Денис Белов.
— Но ты не мент. Частный сыщик?
— Кем бы ни был, я — тот, кто сумел тебя вычислить, — сказал Тимофей. — Впрочем, справедливости ради — если бы Белов обратился в полицию и показал анонимки, которые ты подкидывал в почтовый ящик, вряд ли расследование заняло бы у них больше времени, чем у меня. Сейчас все-таки не девяностые. Прогресс не стоит на месте, возможностей у официального следствия гораздо больше, чем раньше. Уверен, что в полиции нашелся бы человек, который сумел бы разговорить Белова и узнать от него, что часы он видел в твоей лавке. Что часы якобы кто-то принес, а ты их чуть ли не на следующий день продал. Целую партию, семь штук! Подозрительно, не находишь? Точь-в-точь такие же часы, что фигурировали в убийствах девяностых, появились в продаже — и убийца немедленно их купил! Удивительное совпадение. Как по мне, так слишком невероятное для того, чтобы быть правдой. Но Белов тебе поверил. Он паниковал, метался, а ты — близкий человек, друг семьи. Кому доверять-то, если не тебе?.. А вот гипотетический полицейский, не связанный с тобой никакими узами, скорее всего, предположил бы то же, что и я: все было гораздо проще. Часы ты никому не продавал. А уж проверить, на каком принтере распечатаны анонимки, для полиции вовсе детская забава. С принтером, кстати, серьезный косяк, Аркадий Михайлович, тут следовало быть осмотрительней. Неужели другого не нашлось?.. Впрочем, самой большой ошибкой было не это. Самая большая ошибка — часы. Они ведь находились у тебя всегда, с тех самых пор, верно? Все эти годы… Не удивлюсь, если при обыске твоего жилища найдут не один десяток таких часов. Еще бы! В девяностые у тебя были грандиозные планы. И ты не собирался останавливаться.
Нить рассуждений Тимофея Вероника потеряла едва ли не в самом начале. Она не понимала, что означают его намеки. Зато Аркадий, кажется, отлично понимал.
— Заткнись, — бросил он. Приказал Веронике: — На светофоре — направо! Ты не слышала, что я сказал?!
Вероника почувствовала, что лезвие прижалось к ее горлу сильнее, и едва не вскрикнула. Торопливо взяла вправо, подрезала нарядный желтый «Шевроле» — такси, оттуда возмущенно засигналили.
