Сияние Авроры полностью

– Ты и близко с ней не стоишь! Ты развязываешь войну, в которой могут погибнуть миллиарды людей, и ради чего? Чтобы заразить остальную часть галактики?

– Я пытаюсь спасти тебя, Тайлер, – умоляет оно. – Неужели ты не видишь?

Я слышу, как его голос срывается. Будто оно готово расплакаться. И решаю снова выглянуть из укрытия – оно стоит со сжатыми кулаками по бокам. У меня в животе скручивается узел, когда я вижу, что оно… действительно плачет. В сиянии цветкообразных зрачков блестят слезы. Пол «КУСАНАГИ» под моими ногами вздрагивает, и я чуть ли не падаю на колени – но вовсе не из-за тряски корабля. Меня потрясают произнесенные этим существом слова:

– Я люблю тебя, Тайлер.

Я зажмуриваюсь. Каждое слово впивается в мою грудь, как пуля. В глубине души я догадывался о ее чувствах. Всегда это знал. Но Кэт никогда не произносила подобные слова вслух. Даже после проведенной вместе ночи. Поэтому услышать их сейчас…

– Я люблю тебя, – повторяет оно. – И Ра’хаам тоже тебя любит.

Меня сковывает ледяной ужас. Худшие опасения подтвердились.

– Я знал, – выдыхаю. – Вот куда ты нас ведешь. Вот почему мы до сих пор летим в Складке. Ты… ты хочешь…

– Мы хотим, чтобы ты был здесь, с нами, – говорит оно и с мокрыми от слез щеками делает шаг вперед. – Мы хотим, чтобы ты остался.

Я снова выглядываю в коридор. И вижу ее. Девушку, которая всегда поддерживала меня, когда я в этом нуждался. Девушку, которая во время увольнения сидела рядом со мной в тату-салоне, а после смеялась в баре, наливая мне очередную стопку; которая со вздохом произносила мое имя, стягивая с меня рубашку и опускаясь со мной на кровать. Я вижу ее.

Вижу ее.

– Кэт? – шепчу я.

– Да, – выдыхает она.

– Ты… слышишь меня?

– Да, – шепотом отвечает она. – Это я, Тай. Это я.

Я думал, ее больше нет. Думал, мне больше никогда не представится возможность поговорить с ней. Сказать ей все, что я должен был сказать еще при жизни. Я знаю, что второго шанса не выпадает никому. Я должен признаться ей в своих чувствах, сказать, что, если б мог, поступил бы иначе, что я любил ее и всегда буду любить. Она хотела бы это услышать. Хотела бы знать. У меня внутри все сжимается, пульс учащается, подсказок сердца уже невозможно не замечать. Она там. Смотрит на меня этими странными незнакомыми глазами.

И от этого в конечном счете становится только хуже.

– Прости, что подвел тебя, Кэт.

Потому что она действительно там.

– Сейчас я могу лишь пообещать, что больше тебя не подведу.

Но она там не одна.

Я поднимаю дезинтеграторную винтовку и замечаю, как искажается ее лицо. За сиянием этих глаз таится нечто огромное, древнее, ужасное. Я жму на курок, израсходовав остатки заряда, и существо, которое одновременно является и не является Кэт, отлетает назад в брызгах серой крови. Потом вскакиваю на ноги, бегу по коридору и ныряю в люк спасательной капсулы. Захлопываю за собой дверь, заглушая его крики.

– Тайлер!

Мне жаль.

– ТАЙЛЕР, НЕ УХОДИ!

Очень жаль.

Пристегиваюсь ремнем безопасности.

Жму кнопку катапультирования.

И вылетаю в горящую Складку.

Зила пилотирует как демон, но все же она не Кэт Брэннок.

Повсюду царит хаос. Судна всех форм и размеров: от маленьких одноместных истребителей до самых огромных кораблей, которые флот Терры и боевое командование Траска только могут предоставить. Кажется, будто вся Солнечная система охвачена огнем. Но я, как бы безумно это ни звучало, ловлю себя на том, что думаю о своей лучшей подруге. Своей соседке по комнате. Своей девочке. Будь сейчас Кэт за штурвалом, она бы заставила эту развалюху танцевать. На свете нет ни одного пилота, кто бы мог сравниться с ней.

Но ее больше нет.

Как и Тайлера. И Кэла. И Аври.

Я, Фин и Зила – последние, кто остался.

Трое из семи.

Двигатели ревут, мы мчимся к Оружию на максимальной скорости сквозь черноту. Зиле пришлось резко развернуться, чтобы, лавируя в огненном потоке из пуль, ракет и бог знает чего еще, наконец сбросить два истребителя АОТ с хвоста. Ее пальцы порхают над кнопками, пока она высчитывает траекторию нашего полета к одной из тонких опор, которые удерживают огромные кристальные линзы на месте. Мы уже летим прямиком к его грани. Последний трагический рывок для спасения мира.

И, может быть, целой галактики.

– До столкновения сорок пять секунд, – сообщает Зила.

Честно говоря, я понятия не имею, получится у нас или нет. Правильно ли мы поступаем. Но вижу, как медальон у меня на шее поблескивает, красные огни мерцают на его алмазной поверхности под вой сирен.

Переходи к плану Б.

Я никогда не была верующей. Никогда не разделяла идею существования Творца или Объединенной Веры. Мы с Таем постоянно спорили на эту тему: мне это казалось глупым, ему – очевидным. Но в итоге его веры хватало на двоих. Я не знаю, как нам удастся это провернуть, но командование Авроры заверило нас, что мы на правильном пути.