С тихим вздохом потерев лицо руками, я вяло встала с постели и, разумеется, перебудила всех личных слуг. Пока одни меня одевали, вторые причесывали, а третьи уже отправились исполнять приказания. Дел много, так что пора за работу. Пока я совершала утренний туалет, узнала, что Немоса устроили на первом этаже, выделив ему комнату. Мальчишка был так счастлив собственной комнате, что упал в голодный обморок от обезвоживания. Елена уже привела его в чувство, а Бин получил выговор за то, что не уследил за членом нашего отряда. Какой еще обморок, когда в нашем лагере было вдоволь и еды, и воды? Напугали ребенка, что он даже попить попросить не мог, тайком бегая к лошадям и воруя у них еду. Благо, повариха у меня душевная оказалась. Накормила парня так, что Елене второй раз пришлось его из беспамятства выводить. В общем, мальчика добить мы не смогли, он выжил и упорно продолжает радоваться собственной комнате.
Приказав подать завтрак в кабинет, я отправилась разбираться с казначейскими грамотами, которые привезла из похода. Попивая отвар, раскладывала бумаги на столе, извлекая их из сумок и заново перечитывая. Во время нашего путешествия я внимательно смотрела по сторонам, подмечая детали, которые будут требовать доработки. Эти заметки прилагались к каждой грамоте и ждали своего часа. Свои новые земли я планировала развивать и использовать. Эх, озолочусь...
А еще я вспомнила, что собиралась организовать турнир, чтобы подыскать себе личного охранителя. Думая об этом сейчас, кажется, я погорячилась. В моем случае лучше бродить одной, чтобы не беспокоиться о тех, кто рядом. С другой стороны, мне по статусу положено иметь целый отряд личной охраны. В замке-то он мне не пригодится, но вот если король прикажет прибыть на аудиенцию, то будет странно, если я буду путешествовать в одиночестве. Может, подобрать охрану и пусть она где-то числится? Для красоты. Да, наверное, так и поступим.
Еще некоторое время я потратила на составление указа о проведении турнира. Дату решила назначить на первый день зимы, что случится через десять дней. К указу составила список требований как к участникам, так и к устроителям. Четко обозначила что, где и как нужно сделать, чтобы организовать ристалище, а также правила проведения самого турнира. Ответственным за исполнение назначила Бина. Его же и отправила к казначею со всеми бумагами.
Новая чашка отвара и несколько минут отдыха были безжалостно отобраны вторгшимся в мой кабинет стариком.
– Вот ты где спряталась! – всплеснул он руками, а я медленно приподняла бровь. Не припоминаю, чтобы я когда-нибудь от кого-нибудь пряталась. – И снова обложилась своими бумажками. Все, хватит, закончила. Вставай и иди за мной. Буду тебя настоящей магии учить!
– Вейн, у меня сейчас только одно желание для высшего. – мрачно ответила я.
– Какое? – оживленно поинтересовался дедушка.
– Чтобы он тебя занял чем-нибудь интересным на ближайшие пару лет, и я смогла спокойно поработать.
– Ну кому ты врешь, а?! Я что, не вижу, как у тебя глаза загораются от мысли о ритуале? – не поверил в серьезность моего намерения послать колдуна к демонам старик. Человек с синими глазами всегда будет думать, что люди вокруг синие. – Кстати, я вчера не успел тебе сказать, но одним благословением высшего не убить. То есть, он вполне может выйти сражаться против верующего. А еще если ты загадаешь желание, чтобы демон вечность служил тебе, то он станет твоим рабом с возможностями колдуна-архимага.
Я бы не сказала, что мне нужен демон. Именно это я мысленно повторяла себе, поднимаясь из кресла и послушно идя за стариком. Наверное, я немного больше колдунья, чем думала. И раз уж инквизиция его рассекретить так легко не сможет, то почему бы и не попытаться?
Хуже ведь никому не будет.
Следуя за колдуном, я поняла, что наше тело находится на чердаке. Несчастливое место какое-то, вечно там всякая пакость обитает. На краткий миг в голове пронеслась мысль, что можно бы церковника из храма позвать, чтоб освятил место, а потом я вспомнила, за какую фракцию вообще воюю. Но мысли мыслями, а несколько вопросов эти шальные мысли породили. И пока мы взбирались по ступеням главной башни, а вокруг никого не было, я решила прояснить эти моменты.
– Вейн?
– Чего?
– Ты сказал, что истинно верующий может лишиться силы за проступки. А колдун может?
– Может, хи-хи, но только если его сам Единый простит, хи-хи. – веселился старик, сочтя свой ответ крайне остроумным.
– Помнится, ты говорил, что первый колдун получился из-за того, что его Единый проклял. – стала я развивать тему. – Но он же вроде добрый бог, у него очень милые заповеди, зачем же он пожелал зла человеку? Разве это не делает первым колдуном именно Единого?
– Все в имени его, девочка. – вздохнув, пожал плечами дед. – Единый сочетает в себе все грани этого мира, разделяя сущее на свет и тьму, отделяя добро от зла, благословляя одних и карая других.
