– Разумеется, нет! Инквизицию тебе на язык, ополоумел, что ли?! Утром, как обнаружила его, так сразу погнала прочь! Говорю же, он какие-то боевые искусства изучал, так что мои дозорные не смогли его остановить. А так как ранее он многих из них исцелил, они даже не подумали, что он может причинить мне вред. Но свою ошибку они уже поняли. Ох, как я зла...
– Ну теперь я вижу, что наши тренировки не пропали зря, девочка. – перешел на другую тему Вейн, улыбаясь в бороду. – Несмотря на свой гнев, ты держишь силу под контролем. Умница.
– Ничего сложного. – отмахнулась я. – Так вот что я хотела у тебя спросить. Сила этих истинно верующих, она, как... у нас? С рождения?
– Еще чего, нет, конечно. – удивился колдун пробелу в моих знаниях. – Это с проклятьем люди рождаются, а дар получают по заслугам. Если человек всем сердцем поверит в Бога, будет жить по его законам и никогда не нарушать их, то Единый дарует ему силу помогать страждущим и искоренять зло.
– То есть нас. – мрачно изрекла я.
– То есть нас. – согласно кивнул старик.
– Но жизнь долгая, колдун. – задумчиво протянула я, а Вейн и так понял, к чему я веду:
– Да, тут ты права. Если истинно верующий усомнится в Боге или осознанно нарушит его запреты, то его дар исчезнет, а сам он станет простым человеком.
– Ну хоть так. – вздохнула я. – Но неужели мы ничего не можем против них сделать?
– Почему? Можем, конечно. – вновь удивился Вейн. – Если только воздействовать не именно на него, а на окружающее пространство. Землю, оружие, одежду, воздух, воду... Вариантов хватает. Правда, хлопотно будет. Да и церковники эти успеют благословение свое раньше наслать, что тоже не очень хорошо.
– Вот оно как. – глубокомысленно протянула я, представляя себе, что могла бы сделать против наглеца. Пока в голову ничего путного и гарантированного не приходило. – Ну а благословение это? Можно как-то защититься от него?
– Зависит от силы колдуна и церковника. – постучав пальцами по подлокотнику, стал рассказывать Вейн. – Если колдун сильнее, то щит темной энергии магия бога не пробьет. Помнишь, я учил тебя щиту? Благословение похоже на лучи, бьющие во все стороны от истинно верующего, так что просто растяни щит так, чтобы эти лучи на тебя не попали. И все. То есть, погоди-ка, получается, что этот монах видел, как было совершено колдовство?
– Видел. – кивнула я.
– А герцогинь точно бить нельзя? – подозрительно уточнил Вейн. - Мне вот очень хочется, например. Ты чем думала, девочка? Он же наверняка растрезвонит о колдунах на всю округу! Через неделю-другую сюда столько инквизиторов набежит, что Великий Собор можно будет к нам в замок перевозить!
– Ну так сам пусть инквизиции и сдается. – рассердилась я. – Все равно все солдаты подтвердят, что это после молитвы монаха враги рассыпались пеплом. Я позаботилась. Слово одного против слова сотни. Как лорд тебе говорю, никто ему не поверит. И не поможет после того, что он в лагере устроил.
– Попомни мое слово, девочка, все твои достижения будут цениться до тех пор, пока люди не узнают, кто ты на самом деле. – мрачно предрек колдун.
– Хватит каркать, старик. Похвалил бы лучше. Я вон мир установила, народу помогла, земли объединила. А мне даже стакан воды не подали.
– Да ты ж наша умница! Хвалю, девочка, хвалю. – лживо заулыбался дед, а потом едко перечислил: – Перебила знать, захватила земли, подставила Церковь. Может, тебе к реке сразу? Там поболе водицы-то будет. Что стаканами-то мелочиться?
– А! То есть я должна была им руки пожать! – разошлась я, всплеснув руками. – Мол, молодцы какие, предали страну, помогли врагу, о людях своих не заботились да послов моих угнетали! Потрудились на славу! Так, что ли?! А после окрестного хода по соседям я, вероятно, в чертоги Святой Инквизиции родненькой должна была прийти с повинной! Да?! Пришла такая и говорю, мол, ля че есть, парни! Колдунья! Налетай, пока горячая, да костры пожарче разводи! А там и дед один еще есть, вообще колдунистый! Гореть будет ярче солнышка! Собирайте людей, хлебушек поджарим!
– Ну все. Все. Не ори. Я просто... – скривился колдун, а потом тихо сказал: – Тебя два месяца не было. Голод просыпаться начал...
– Дай руку. – хмуро приказала я.
Вейн протянул дрожащую ладонь, которую я крепко обхватила пальцами. Проклятая метка проступила на запястьях и потянулась к старику, переплетаясь. Обмен энергией на этот раз произошел довольно быстро, что заставило меня подумать о том, что силы у старика было довольно мало. В прошлый раз и голод был многолетний, поэтому чуть дольше дело шло, а сейчас – нет. В этот раз я смогла первая ощутить, когда надо остановиться. Убрав руку, я посмотрела в лицо колдуну, подмечая, как прямо на глазах его внешний вид становится лучше, а после поднялась с места и сказала:
